– О, я могу, – сказал он. – Я могу иметь любую девочку в любое время, стоит мне только захотеть. Это искусство и наука, и я владею ими в совершенстве. Я бы мог иметь тебя, если бы захотел. Стоит мне постараться, и ты будешь умолять меня об этом.
Райли чуть не расхохоталась от мысли о том, что Раббе может попытаться соблазнить её. И всё же, она заметила, что он говорит правду. Он был хитёр и аморально коварен, и точно знал, что делает. Она ощутила, что он может отбросить свои грубые, женоненавистнические манеры, и превратиться в гораздо более очаровательного и привлекательного человека. Он мог преподнести себя как вдумчивого, галантного, чувствительного к женским чувствам мужчину. Он мог соблазнить многих женщин, и они ещё не скоро поняли бы свою ошибку.
«Но они всегда жалели об этом», – подумала она.
Или же кто-то из них даже и пожалеть не успевал.
А этому отморозку жалеть было не о чем. И он и не жалел. Даже о своих словах. Она чувствовала, что в глубине её душе засела глубокая неприязнь к такому типу людей.
– Так зачем тогда ходить по шлюхам? – спросил Билл.
Раббе посмотрел на Билла.
– Поверь мне, дружище, шлюхи отличные. Или, может быть, ты уже в курсе. Они честные. Тебе не нужно торговаться и выпрашивать их согласия. Сегодня повсюду: «а можно я это», «а можно я то». Мужчина может загреметь за решётку всего лишь за секс с собственной женой!
– Если то был секс без её согласия, – вставил Билл.
– В браке такого быть не может.
Он специально сказал это, адресуя Райли. Но она без труда сдержалась. Она понимала, что сейчас не лучшее время, чтобы оспаривать это.
– Вы имеете отношение к смерти Нанетт? – спросила она.
Райли ожидала хоть какую-то реакцию, но выражение лица Раббе совсем не изменилось.
– А она мертва? – переспросил он вежливо.
– Её убили в прошлую субботу, – сказала Райли.
– В ту ночь, когда у вас была назначена с ней встреча, – добавил Билл.
Теперь Раббе и вовсе выглядел скучающим.
– Что ж, эта новость меня просто разбила, – сказал он, притворяясь, что сдерживает зевок. – Так вот из-за чего весь сыр-бор. Вы думаете, что это я. Что ж, у меня есть алиби. Я был дома, на благотворительном мероприятии своей матушки. Вы даже может найти мои фотографии в интернете.
Он откинулся на спинку стула.
– Ну что ж, шутки закончены, – сказал он. – Я хочу сделать звонок своему адвокату.
Райли не знала, был ли это искусственный зевок и комментарий о шутках, её это мало волновало. Она перегнулась через стол и схватила Раббе за воротник его дорогой рубашки.
– Верно! – крикнула она. – Шутки кончены.
Её крик, когда она бросила его на пол, был достаточно убедителен. Райли бросилась к нему, а он судорожно пополз прочь от неё по полу, двигаясь на удивление быстро для человека в наручниках.
В комнату вбежала пара агентов помоложе, они схватили Райли за руки с обеих сторон, но она всё ещё двигалась в направлении Раббе. Она начала отталкивать их, но не смогла стряхнуть Билла, который обхватил её сзади, прижимая её руки к бокам.
– Достаточно, – сказал Билл. – Тебя снова отстранят, – добавил он строго.
– Снова? – спросил один из агентов.
– Всё нормально, – сказала Райли. – Всё нормально.
Её ярость стихла. Она расслабилась, и Билл отпустил хватку.
К этому времени Раббе кричал, что требует адвоката, требует суда. Райли посмотрела на него сверху вниз, и он стих.
Она поняла, что он относится к редкому типу подозреваемых – тем, кого она не знала, как прочесть. Она повернулась к Биллу.
– Пойдём, выйдем, надо перекинуться словом, – сказала она сухо.
Они с Биллом вышли из комнаты допросов.
– Думаю, нам надо отпустить его, – сказала она.
Билл был изумлён.
– Ты думаешь, он не тот, кого мы ищем? – спросил Билл.
– Я не знаю.
– Так может продолжить допрос?
Райли разочарованно вздохнула.
– Мы можем проверить его алиби. Но прямо сейчас мы можем лишь наспех обвинить его в хранении небольшого количества наркотиков. А с адвокатом того уровня, которого он может себе позволить, мы не сможем ничего доказать. Он выйдет отсюда в считанные минуты. А если мы отпустим его сейчас, по крайней мере, можно будет назначить агентов следить за ним. Может быть, нам удастся поймать его на чём-нибудь.
Билл покачал головой.
– Мне это не нравится, – сказал он. – Но я пойду и сделаю это. Может быть, так он откажется от обвинений в твою сторону.
Через одностороннее окно Райли видела, как Билл снял с Раббе наручники и сказал ему, что тот может быть свободным. Раббе посмотрел прямо в окно. Очевидно, он понял, что Райли смотрит на него. Он ухмыльнулся ей, потом опустил глаза и вышел из комнаты.
Райли не привыкла быть настолько не уверенной в своих чувствах. А теперь она вспомнила, как руководитель группы водолазов сказал, что в озере нет второго тела. Она ещё не успела сказать об этом Биллу, но это подорвало её уверенность.
Пока она ждала, когда Билл вернётся, проводив Раббе из здания, в её голове роились вопросы. Как она может и впрямь быть уверенной, что водолазы ошиблись? Может быть, это всё-таки не серийное убийство?
