- Оставьте всё как есть, - Дамана подался вперёд и положил руку ему на плечо. - И притворитесь, что так нужно. Пусть идёт как идёт, иначе исправляя всё, что вы сотворили, можно напортачить втрое больше. Отдохните, - напутствовал он - и откланялся.
Ранвир справедливо подумал, что самый подходящий способ отдохнуть и утешиться - это заглянуть в гости к своему маленькому гарему. С которым он так и не удосужился как следует познакомиться.
Шагнув за порог женской половины, он застал всех девушек очень занятыми: две, сидя на полу, выманивали из-под стула золотых рыбок, третья тут же, на полу, играла на цитре из китового уса, четвёртая высунулась в окно, чтобы нарвать инжира (ветки так и стучались в ставни, соблазняя спелыми лакомствами), а пятая осторожно несла поднос с чашами и весело сообщала, что ласси готово. Обе служанки тут же, в уголке, чинили какую-то одежду.
Когда царь и господин нарушил их счастливое времяпровождение, служанки тотчас бросили работу и скрылись за дверью. Наложницы тоже оставили свои дела и выстроились в ряд.
Ранвир понял, что до сих пор не знает, как их зовут.
- Сангита, - ответила первая.
- Сунейна, - улыбнулась вторая.
- Чандра, - покраснела третья.
- Бхавани, - спрятала глаза четвёртая.
- Наянтара, - повертела браслеты пятая.
Ранвир похвалил их красоту и благонравие и спросил, всего ли им вдоволь в новом доме.
- Конечно, господин, - Бхавани тряхнула верхней юбкой, в которую собрала инжир. - Так сытно мы ещё никогда не ели.
- А можно нам спросить? - стрельнула глазками Наянтара. - Когда вы нас призовёте?
- Так я сам к вам пришёл, - развеселился Ранвир.
Из-за двери донёсся шум: усердные служанки помчались за угощением.
Бхавани щедро насыпала в чашу поверх бетеля инжир.
Чандра протянула кальян.
Сунейна раздала всем ласси.
Сангита и Наянтара заметили синяки на плечах Ранвира и огорчённо звенели серьгами.
Ранвир решил, самое время похвастать, и живописал свои приключения на земле. Девушки ахали, охали и хлопали в ладоши.
Словом, все шестеро развлекали друг друга как могли, а после возлегли прямо вокруг стола.
От девушек незамысловато пахло сандалом, цветами и молоком. Их разрисованные руки принялись ласкать, баюкать и гладить Ранвира, хвосты сплелись в целое ложе, и он скоро уснул на бёдрах Сунейны... или Чандры...
Его разбудила служанка, споткнувшаяся об одну из госпожей: она пришла убрать посуду. Но он не вскочил, а продолжил нежиться в объятиях северянок.
- Найна, подай-ка гребень, - прошептала Наянтара.
- Разбудите, - шикнула Чандра.
- Он крепко спит, - погладила его по голове Бхавани.
- Так я не поняла, он не будет ломать плотину? - вернулась с гребнем служанка Найна.
- Похоже, что нет, - Наянтара распустила свой пучок и расчесала волосы. - Говорят, там на берегу чего-то нашли. Клад какой-то. И они теперь сторожат это место...
- Мне тоже надо, - протянула руку Сангита.
Расчёска пошла по кругу.
Ранвир на всякий случай не просыпался. Ему хотелось послушать, какими ещё сплетнями поделятся девушки.
- А госпожа знает? - всполошилась Чандра и сама заёрзала на месте, позабыв обо всех предосторожностях.
- Кажется, знает, - кивнула Сунейна. - Он им всем сообщил.
Она последняя воспользовалась гребнем, заколола волосы и принялась расчёсывать распущенные волосы Ранвира.
- Что же будет??? - едва слышно прошипела Бхавани. - Вдруг она убьёт его - так же, как своего мужа?
Ранвира передёрнуло. Он с трудом удержался, чтобы не шевельнуться. Вот почему Нилам всегда приезжала в столицу сама... А если она подослала своих пятерых девиц, чтоб и его убить? Он мог сейчас вскочить, конечно, и схватить первую попавшуюся нагиню за волосы, а может быть даже и двух, но всё-таки их было пятеро, а он сейчас навряд ли повторит подвиг, совершённый в Мохенджо-Даро.
Он выждал ещё с полчаса, следя самой кожей, чтобы наложницы не дёрнулись лишний раз, а потом потянулся и изобразил безмятежное пробуждение.
Распрощавшись с красавицами, он вылетел с женской половины как камень из пращи и нос к носу столкнулся с Канди.
- Познакомились наконец? - криво улыбнулась она. - А меня-то хоть помнишь?
- Конечно, помню, - отдышался Ранвир. - Что за вопросы?
- А что же, не найдётся места мне в твоём гареме? - губы у Канди дрогнули, и улыбка превратилась в гримасу плача.
- Ну что ты... - растерялся наг.
- Я хоть что-нибудь для тебя значу? - вскинулась девушка.
Ранвир прислонился к колонне. Был уже вечер, и дворец одела темнота, лишь по контурам пола вкраплялись в неё огоньки светильников, как зеркальца на тёмном платье северянок.
- Я так и думала, - по-своему истолковала Канди эту позу. - Ты даже не пытаешься меня переубедить.
За соседней колонной зашевелилось что-то, и на тусклый свет вышел Викрам.
- Если она тебе не нужна, не удерживай её.
- Мы хотим пожениться, - объяснила Канди.
Ранвир скользнул по ней рассеянным взглядом. На торжествующем лице нагини плясали пятна света.
- За женщину спрятался? - обратился Ранвир поверх её головы к Викраму. - Вперёд послал?
Кажется, он говорит уже как житель Инда. Раньше слово "женщина" раздражало его.
