Рискуя головами и другими частями тела, воины Ранвира не долго думая повсплывали следом за той, кого царь приказал им охранять.
Ранвир и его приближённые решили не отставать от большинства.
Прямо на их глазах река ломала насыпь, загребая пальцами камни и землю, отрывая куски от плотины, как корку от пирога.
Над тёмными потоками мелькали лодки, над лодками мелькали смуглые фигурки. Жители Мохенджо-Даро пытались переправиться на другой берег.
Рядом с лодками всплывали зеленоватые брёвна - явно не с подпорок насыпи (тем более, они ещё держались). Ранвир присмотрелся - и поплыл поближе к плавучему мосту.
Крокодилы выстроились в ряд, с любопытством поворачивая носы вслед скачущим с промокшими тюками людям. Хлёсткие струи нисколько не доставляли им неудобств.
- И ты здесь, царь нагов! - радостно отплевался от брызг младший зять крокодильего правителя. - Тоже на охоту?
- Можно и так сказать, - Ранвир тоже был рад внезапной встрече.
- Поесть или полюбоваться? - обернулся к собеседникам сосед.
- Ну мы тебе оставим кого покрасивее, - ухмыльнулся зять раджи. - А ты нам - того рыбака. Заметишь - укажи.
- Договорились, - кивнул Ранвир. Задумался на миг - и двинулся поближе к берегу. К тому, куда бежали люди.
Воины заслонялись щитами ото всего, что летело сверху, и заслоняли своих господ и слуг.
Нилам собирала вокруг себя своих служанок.
Ранвир не сводил глаз с плясавших по волнам лодочек. По ним пробирались дети, женщины с младенцами, мужчины с мешками и козлятами на плечах, подростки с хворостинами, гнавшие рядом же, по воде, остатки стад, старики и старухи, шудры и кшатрии, ремесленники с инструментами и рыбаки с гарпунами...
Вот и его кровный враг. За руку с черноволосой девушкой - с подвесками из перламутра в растрепавшейся косе. Оба несли бережно завёрнутые в циновки доски и постоянно оглядывались на шедшую сзади девушку, навьюченную, как верблюд.
В нагруженной пожитками горожанке Ранвир узнал Джамну.
Она резво прыгала по тростниковому настилу и весело окликала Сармана и его спутницу. Которые, кажется, несли раму её станка.
Внезапно для себя Ранвир подумал, что Джамна, наверное, огорчится, если на рыбака нападут крокодилы. А вот он, наверно, огорчится, если потеряет девушку в перламутровых подвесках...
Когда эта троица задержалась на берегу, чтобы помочь тем, кто шёл за ними, царь нагов поднырнул под лодку и дёрнул подружку Сармана за край сари.
- Ой! - воскликнула девушка. - Кто ты?
Ранвир решил не отвечать. Он убрал мокрые волосы с лица и улыбнулся.
- Такой красавице, как ты, не пристало мокнуть под дождём. А в моём царстве не бывает ни бурь, ни засухи. Твоим ножкам не пристало ходить ни по грязи, ни по раскалённой мостовой - наши улицы вымощены ракушками, и каждая вторая - с жемчугом. Ты любишь перламутр - а жемчуг тебе ещё больше к лицу.
В чёрных, как обсидиан, девичьих глазах погас испуг и загорелось любопытство.
- Я Чани, из касты брахманов. А ты?
- А я из касты кшатриев.
- Тогда отец не разрешит мне с тобой общаться, - капризно надула губки девушка.
- Ну ты ведь не спрашиваешь разрешения, чтобы держаться за руку с тем рыбаком... - девушка растерялась, как будто боясь, что Ранвир её выдаст, - ...а он тебе в подмётки не годится. Что он даст тебе, кроме корзины с рыбой, которую добудет тяжким трудом? А может, ещё и не добудет? А у меня - стада таких рыб. И целая сокровищница драгоценностей. Дворец, украшенный кораллами и разноцветным камнем...
Чани слушала, приоткрыв рот.
- Но кто ты? Как тебя зовут?
- А разве жене полагается называть мужа по имени? - подмигнул ей Ранвир.
- Жене? Так ты предлагаешь мне?..
Да, кажется, дочь здешнего верховного жреца тупа как пробка.
- Ты спрашивала, кто я - я махарадж Южного Инда. А милостью сегодняшнего наводнения - ещё и Северного, - Ранвир не постеснялся приукрасить свои достоинства. - А ты можешь стать моей махарани, а всё, чем я владею, может стать твоим.
Чани смотрела на него как зачарованная - и сама протянула руку.
Прежде чем её друзья что-то заметили, вода уже сомкнулась над её макушкой.
- Ну ты не промах, - оценил Саиф. - А мы чего ждём? Айда наберём себе девушек!
Только счастливый жених Викрам остался в стороне, а остальные дружно ринулись за человеческими женщинами.
Рыбак и ткачиха растерянно озирались.
- Где же Чани? - спросил Сарман. - Только что была здесь...
- Может, она ушла вперёд? - Джамна погладила его по руке. - Не переживай, в этой толпе легко затеряться. Вот выберемся, и она отыщется.
У самой крайней лодки всплыли две доски.
- Это же от моего станка! - кинулась подбирать их Джамна.
- Но... их же несла Чани. Неужели она... здесь же мелко, - в отчаянии проговорил Сарман.
- Да может просто забыла. Она же такая рассеянная, - продолжала утешать его Джамна. В глубине души ей было не очень-то жаль эту дурочку. Почему все мужчины кидаются на таких вот дурочек, а умные, как Джамна, вечно остаются в стороне?
Они всмотрелись в воду. Сквозь мутную рябь проступало что-то красное...
Джамна хотела вскрикнуть, но узнала чалму отца.
Салим вышел на берег - и замер.
