Как-то вечером они неплохо посидели с Аликом в одном из баров. Выпили по паре бокалов пива, затем он посадил Влада на такси, а сам поехал домой. Чувство одиночества съедало его. У него уже было много знакомых в Москве, но все это были деловые знакомства, не более. Влад не мог с ними пойти в ресторан или в ночной клуб. Алик разрывался между работой и домом. В Москве надо крутиться 24 часа, чтобы преуспеть. Поэтому Влад не обижался на него. Таксист привез его в Кузьминки, где он снимал квартиру. Он молчал всю дорогу, да и у Влада тоже не было желания разговаривать. Когда они остановились, он лениво, не глядя на него, недовольно сказал:
– С тебя семьсот рублей.
Влад протянул ему тысячную купюру и приоткрыл дверь в ожидании сдачи.
– Что сидишь? Мне ехать надо.
– Вы забыли сдачу.
– Чего? Какую сдачу! Вылезь с машины, рожа нерусская.
– Простите? Что вы сказали? – спросил Влад, чувствуя, как стало закипалть внутри. Выпитое пиво делало свое дело. Расслабленное состояние улетучилось мгновенно. Влад очень быстро ощутил себя снова на рынке в Осетии.
– Чего ты уставился на меня?! Черножопый! Вали, говорю, пока я тебя монтировкой не пере…– таксист активно жестикулировал правой рукой. Он не успел договорить фразу до конца, так как Влад схватил его кисть на болевой прием и потянул к себе. Мужчина взвыл от боли и стал орать:
– Отпусти, сука! Больно! Отпусти!
Влад придвинулся к сиденью, схватил его за волосы и несколько раз с силой ударил его голову о руль. Раздался специфический хруст носовой перегородки. Таксист стал скулить. Влад отпустил его руку и сказал:
– Сдачи не надо, приятного вечера.
После этого он быстро вышел из такси и зашел в ближайший двор. Корпуса домов как корабли возвышались над забитым машинами двором. Его дом был с другой стороны дороги. Он специально решил несколько удлинить путь до квартиры на тот случай, если таксист позовет друзей и захочет реванша. Выйдя с другой стороны квартала, купил в ночном ларьке сигарет и стаканчик растворимого кофе. Эта мелкая потасовка подействовала на него отрезвляюще. В горле пересохло.
Выпив кофе, Влад решил еще немного пройтись. Пока шел по ночному городу, чувство возбуждения спало. Он давно не испытывал такого всплеска адреналина. В Москве ему не приходилось применять силу до этого момента. Сделав небольшой круг, убедившись, что все вокруг спокойно, он подошел к своему дому и закурил очередную сигарету. Осталось всего четыре штуки, хотя час назад он купил целую пачку. Эта короткая вынужденная прогулка помогла Владу понять, чего ему так не хватало в этом городе. Все в голове встало на свои места, как будто сложился пазл. Ему не хватало самоутверждения и уважения. Однако Владу не пришлось долго ждать, сама жизнь вновь вернула его на «старые рельсы».
Влад не стал рассказывать Алику о случившемся с ним. Вечера чаще всего проходили за просмотром телевизора. По выходным он ходил в ночные клубы. Все шло размеренно, но внутреннее чувство постоянно твердило ему, что что-то должно случиться.
В октябре 2007 года неожиданно на мобильный позвонил Ара. Они не виделись с ним около года.
– Привет, Влад. Как дела? Как ты? Я заезжал к твоим в Беслане, думал встретиться с тобой, а они сказали, что ты в Москве.
– Да, Артур. Что-то мне надоел свежий осетинский воздух. Решил, чем черт не шутит, погулять по Москве, подышать пробками и закусить несвежей шаурмой. Может, тоже найду здесь свою мечту в виде однушки в Чертаново.
– Ты по Москве туристом? Или занимаешься чем?
– С Аликом работаю. Стройматериалами занимаемся.
– Понятно. Давай встретимся. Давно не виделись.
– Хорошо. Я только за. О чем разговор, дружище.
Они встретились тем же вечером в кафе. Выпили за общих друзей. Не забыли помянуть тех, кто «ушел». Оказалось, за год в Осетии застрелили нескольких парней, с кем они учились еще в школе. Это был вечер воспоминаний. Они наперебой вспоминали старые истории.
– А помнишь, как Руха приехал к Шраму и попросил денег на цветы?
– Еще бы, – ответил Влад. – Тогда Шрам еще не стал скупердяем. Руха сказал, что хочет удивить девушку и купить 301 розу. Помню, помню. Это была мисс Университет, кажется. Такая вся расфуфыренная. Как же ее звали?..
– Фатима. Ее звали Фатима. Как сейчас помню. Такая высокая, длинные волосы, ноги от ушей, задница как орех. Все при ней. Королева!
– Ну да, ну да. Руха тогда встретил ее при входе в универ с охапкой роз. Как и хотел: 301 роза, красные такие, крупные, а сам в новеньком костюме «Адидас». Он его еще ни разу не надевал. Только купил.
