Я держала эти мысли глубоко в себе, старалась не думать, не чувствовать, просто утрамбовала, запихнула их глубже. Прятала, в первую очередь от себя самой. А сегодня вместилище беспокойства и тоски по родным дало течь, и тревоги давят, топят своей безысходностью. Закрываю ненадолго глаза и дышу, стараясь прогнать резко накатившую тошноту.
На добрые слова и поздравления вновь киваю, пытаясь выразить радость.
Вижу, как хмурится Зейрашш, он первый заметил мое состояние.
Я помню, что без Шанриасса погибла бы. И помню то, как он мне дорог. Сейчас это якорь для меня, за который держусь и цепляюсь из последних сил.
Вдох. Скорее бы мероприятие закончилось. Я спрячусь в каюте. Отойду. Справлялась же раньше? И снова смогу.
Сама не замечаю, как по щекам сбегают слезы. Понимаю это, когда Шанриасс бережно их вытирает и встревоженно вглядывается в мое лицо.
Пара минут, Шан сворачивает празднество и уводит меня в каюту.
– Рай, что с тобой, родная? – в его голосе столько беспокойства, что на меня накатывает сожаление.
– Прости, – хмурюсь и расстроенно сиплю. – Я не хотела портить тебе праздник.
– Мне? Это наш праздник, Рай, – в его голосе отчетливо слышу опасение. – Ты передумала и жалеешь?
– Конечно же нет! – убежденно заявляю я, и это так.
Бесцельно перемещаясь по комнате, пытаюсь передать, почему меня так накрыло.
– Я смотрела на твою семью, а видела свою. Три долгих года они верят в то, что я мертва или пропала без вести. Это почти одно и то же. Родные мои немолоды. Деду уже сто девять. Сколько ему осталось? Мы не живем, так долго, как вы. И кроме меня, у них никого нет.
Шанриасс меня останавливает и бережно прижимает к себе. Утыкаюсь в него лбом, заполняя легкие его ароматом. Меня он успокаивает.
– Мне очень жаль, Рай, что ты не можешь сейчас быть с ними. Надеюсь, это изменится.
Задумчиво закусываю губу.
– Есть возможность кое-что узнать для меня? Информацию о моих родителях и дедушке. Как они сейчас, все ли в порядке, где живут, работают. Хотя бы минимум, – прошу я, испытывая огромное чувство вины.
По какой причине я не спросила раньше? Хотя бы просто узнать о них. Я думала все время, что и это под запретом.
– Я и сам мог бы догадаться, – теперь уже он хмурит брови. – Поговорю с Анишшассом. Мы не можем просто так бродить по вашим сетям извне Коалиции. Обычно брат организует сбор информации по запросу. Ты голодна?
Киваю. Не то, чтобы я хотела есть. Просто нужно отвлечься.
Стаскиваю с себя шаровары и тунику, надеваю майку, поданную мне из шкафа. Прическу оставляю как есть. Шанриасс просто вытаскивает из моих волос цветы.
Потом я что-то ем, не особо чувствуя вкуса.
Чуть позже, завернутая в кокон из покрывала, засыпаю.
***
Пробуждаюсь. Смотрю на часы, мало я спала. Получается, уснула и почти сразу проснулась.
В кабинет дверь приоткрыта, из щели в спальню падает полоса желтого света. Что тоже навевает мне воспоминания о моем детстве. Тогда в старом домике я спала в гостиной рядом с кухней. Дверей не было, и уютный свет проникал сквозь шторку. Дед и папа допоздна засиживались с чаем, а иногда с чем покрепче, разговаривая часами. И под их тихую речь, глядя на этот свет, я засыпа́ла, вдыхая запах дров в печи. И счастья.
Из кабинета доносится тихий голос Шанриасса. Он находится там со средним принцем.
– Анишшасс, выручай! Найди информацию о родне Рай. Очень нужно. Амалия Горслей – врач-микробиолог. Виктор Горслей – врач общей хирургии. Адам Горслей – врач общей хирургии. Они все земляне. Жили на Земле или Первой орбитальной.
– Почему раньше не спросил? На девочке лица сегодня не было. Так распереживалась. Красивая она у тебя. В нарядах наших и с такой осанкой, настоящая будущая жена принца. Готовилась для тебя, старалась, – назидательно произносит средний принц.
– Не подумал я, брат, моя вина. И закрытая Рай. Все в себе старается пережить и справиться сама. Она думала, что нельзя. А где был мой ум?
– Так работай над этим, моральное спокойствие твоей жены – тоже твоя ответственность, – довольно жестко припечатывает его Анишшасс.
– Согласен. Расслабился и недоглядел.
Пока длится молчание, просто застываю с открытыми глазами. Я не знаю, сколько требуется времени на поиск.
– Данные пришли, – угрюмо ломает тишину брат Шана.
Полминуты молчания после превращаются в бездну.
Выпутываюсь из одеяла, сажусь. Сердце бьется как сумасшедшее в дурном предчувствии.
Нет, пожалуйста, нет.
– Сам скажу, – тяжело вздыхает Шанриасс, и я слышу звук отодвигающегося кресла.
Встаю. Почти не чувствуя ног.
– Рай, ты не спишь? – удивляется он, наткнувшись на меня у двери.
– Говори! – безжизненным голосом требую я.
– Рай, твои папа и дед в порядке. Но когда взорвался Фрэнсис Дрейк, твоя мама… она не справилась с этим.
– Что с ней? – спрашиваю онемевшими губами. Уже зная правду.
Наверное, мое бедное сердце перестало биться в этот момент.
– Мне очень жаль, – тихо шепчет он, пытаясь заключить меня в объятия.
Почти на автопилоте отталкиваю его, одеваюсь в первое попавшееся из шкафа. Натягиваю обувь.
Шан пытается меня ненавязчиво обнять, утешить, задержать.
