Мне становится абсолютно все равно, что мой план провалился. Я найду способ встретиться с родными.
Проверяю ремни у нас обоих.
«Скорпион-2, регистрационный номер СиКей569872357. Расстыковка. Сигма разрешает отправление. Удачной дороги экипажу. Старт через десять, девять, восемь…»
Удача.
Как же она нам необходима.
Бывает, утро сразу оказывается не таким. Как сегодня.
Просыпаюсь в одиночестве. И только смятая соседняя подушка подтверждает, что спала я не одна. Нет смысла обманывать себя. Меня расстраивает, что Шан ушел.
Я в грандиозном провале по всем фронтам.
С Шанриассом сложно. Придется поговорить с ним, объясниться. Это трудно. Пугающе. Но иначе не выйдет.
В задумчивости тереблю растрепанные волосы. Шанс увидеть когда-нибудь деда и папу. Есть ли он у меня теперь?
Зейрашш болен.
Зейрашш!
Подскакиваю с кровати, наспех влезаю в обувь и бегу к лечебной капсуле.
В медотсеке дремлет Шан, устроившись в кресле, значит, он ушел не от меня, а сменил Анишшасса на посту. От этого понимания становится легче, а я себе надумала…
В системе анализирую историю показаний, просто глубокий сон. Или в голове идут деструктивные процессы, которые не выявил местный сканер и диагностическая система. Но по всем признакам Зейрашшу не хуже. Пока я могу только ждать. Скоро прибудем на Аруну, с Бейли проведем более точную диагностику.
Индра неплохо оснащена медицинским оборудованием. Для разведывательного корабля. Но до Аруны ему, естественно далеко.
Как ни старалась быть тихой, Шанриасс просыпается от моего шебуршения и сонно потягивается в кресле. Давно он здесь сидит? Не раздумывая, встаю позади него и запускаю пальцы в волосы, размеренно массирую мужской затылок, разминаю шею и плечи. Утоляю острую потребность касаться его. И слышу благодарное мурчание. Сейчас он как большой кот в моих руках. В какой-то момент Шан утягивает меня на свои колени и жадно целует.
– Подожди, – напрасно пытаюсь отстраниться я, – зубы не успела почистить.
– Неважно, – рычит он, снова вгрызаясь в меня.
Покусывает губы, тут же зализывая, вторгается в мой рот, тараня его языком. И спустя непродолжительное время отстраняется.
Пристально смотрит так, что мне становится неуютно.
– Я понимаю, почему ты так поступила. И в то же время – нет. Сложно принять, когда тебя хотят оставить, и попытки не сделав поговорить, – жестко бьет словами. Наверно даже заслуженно. – Шасс тебя защищает. Это злит меня еще больше.
Открываю рот опротестовать. Не хотела я его бросать. Обстоятельства меня вынудили планировать побег. Но ничего произнести не успеваю, Шанриасс снова накрывает мои губы своими, плотнее притягивая к себе. Я и не думаю сопротивляться. Тоже соскучилась. По его рукам, голосу, запаху. Мне бы точно пришлось туго. Но разве я подозревала… что можно так… любить?
Тихо стону ему в рот, притираюсь ближе, впитывая жар его тела.
– Гхм, может, в каюту пойдете? – раздается слабый голос Зейрашша. И звучный хмык.
А я чувствую, как мое лицо стремительно краснеет.
Дыши, Рай, и немедленно займись своим пациентом.
Резво освобождаюсь из объятий и сползаю с колен Шана. Нацепив невозмутимое лицо, подхожу к капсуле с Зейрашшем.
– Жалобы? – схватив планшет, быстро делаю пометки.
– Немного голова болит. Слабость. Я бы еще поспал. Позже. Но сейчас мне нужно подняться, – стучит по крышке капсулы. – Открой, Рай.
Вношу озвученные симптомы и внимательно смотрю на Зейрашша. Рано его отпускать.
– Открою, но ты пока останешься в капсуле. Смирись, – нехотя поднимаю прозрачную часть корпуса.
– Расскажи, что со мной происходило. Я с трудом помню, как садился в шаттл, – пытается восстановить в памяти события Зейрашш.
– А как выпил микофаг, помнишь? – сурово предъявляю ему, наплевав на правила не ругать пациентов.
Судя по его лицу, он вспоминает. Вот кто действительно нуждается в порке!
– Я могу списать твои неадекватные действия на вре́менное помутнение рассудка, вызванное грибком. Мы должны были тестировать вирус на животных! Никак не на себе! – справедливо злюсь. Меня перекашивает от воспоминаний. – На «Скорпионе-2» нет ничего из оборудования! Я не знала, успеем мы добраться или нет, и что делать, если болезнь перейдет в опасную для жизни фазу. После прыжка ты сразу отключился. Повезло, что не было судорог, рвоты и прочих пугающих симптомов.
– Тогда мне это казалось хорошей идеей! Не ворчи. И не смотрите на меня так оба, – смутившись, бурчит Зейрашш. – Что со снимками?
Переводит тему разговора, хитрец. Разворачиваю перед целителем гало-проекцию с результатами сканирования. Зейрашш облегчено закрывает глаза.
– Признаки инфекции есть. Но! Жить будешь и даже работать доктором. Если больше не будешь глотать всякую гадость и молчать о том, что тебя подрало заразное животное! Учитывая поступок, я думала, в твоей железной шайраской башке дыры с куриное яйцо! – не могу перестать возмущаться я.
Что я пережила в те часы по его милости?
