— Простите, я не записал адрес. Вы не могли бы повторить? — продолжал «тормозить» водитель, бессовестно при этом Эльку разглядывая. Было в его разглядывании что-то оценивающее, но не наглое, и едва заметная, сдерживаемая усмешка в уголках губ.
Уставшей Эльке абсолютно не хотелось разбираться в причинах этих усмешечек. Фыркнув негромко, она назвала адрес нарочно медленно и не забывая лучезарно улыбаться. Сдерживала раздражение, родившееся от долгого перелёта, встретившего в аэропорту мороза, от предстоящих хлопот; а в раздражении девушка старалась чаще улыбаться. Как бы то ни было — посторонние люди не виноваты ни в её усталости, ни в её несбывшихся надеждах.
— Ну что ж, поехали, — теперь уже таксист фыркнул весело и завёл двигатель. — Пристегнитесь, милая девушка.
Автомобиль плавно вырулил со стоянки. Ироническая полуулыбка на тронутом небритостью мужском лице Эльгу смущала. Как будто таксист посмеивался над ней, будто бы она совершила какую-то глупость, а он об этом узнал и молчал, наслаждаясь моментом. Между тем салон машины наполнился теплом — смеялся он над ней или нет, но водитель включил печку, заметив, как Элька зябко кутается в кургузую курточку, явно не по сезону. Шоссе, к радости девушки, оказалось почти пустым, но из-за непрекращающейся метели водитель машину не гнал, а вёл с осторожностью. И Элька, несмотря на глухое раздражение, испытала огромную благодарность: кувыркнуться в кювет в её планы точно не входило. Пусть лучше медленно, зато безопасно.
— Если вдруг не успеем вовремя добраться до дома — у меня в чемодане есть вино, а в том пакете — ликёр. Можно будет начать отмечать Новый год прямо здесь, — неожиданно для самой себя сказала Элька сосредоточенному таксисту.
— Отличная идея — напоить водителя, — поддержал он и хмыкнул, но глаза его смеялись. — Договорились, если что — напиваемся и до моего протрезвления ночуем прямо тут, в ближайшем сугробе.
— У вас там все такие правильные? — уточнила Элька.
— Нет, конечно. Просто в больницу очень не хочется. Даже если вы будете на соседней койке. Я бы предпочел видеть вас целой и невредимой.
Элька не нашлась с ответом и растерянно примолкла. Таксист пробежался пальцами по кнопкам магнитолы, выбирая радио.
— Вам не помешает, если я включу музыку? — спохватился он.
Девушка с улыбкой качнула головой. Надо же, вежливый какой! За окном, сменив безмолвные поля и тёмную полосу леса, замелькали торговые центры, новостройки, одинаково безликие, ёлки… Чемодан, пожалуй, Элька разберёт завтра… И как хочется спать, пригревшись на удобном сидении. Но Элька упрямо держала глаза открытыми и потихоньку поглядывала на профиль водителя. В его присутствии было спокойно. Элька дёрнулась, поймав в зеркале ответный внимательный взгляд. Тоже косится, любопытный какой. Интересно, а где таксист будет Новый год встречать? Домой поедет или собирается всю ночь развозить по домам да гостям подвыпивших весёлых пассажиров?
Радио негромко и умиротворяюще шелестело, навевая сон. Элька не прислушивалась, пока таксист не прибавил звук.
— Она сегодня не пойдёт в кино
Ни с ним, и даже ни с ним.
За окном темно, она глядит в окно
Вечер тает, как дым.
В который раз за этот день Эльге попадаются песни, как нарочно, про неё…
— Ни катастроф, ни удач впереди,
А в общем, всё ничего.
И мужиков вокруг хоть пруд пруди,
И все хотят одного…
Усталый хрипловатый голос исполнителя выводил картинку из её собственной жизни. Эльга не замечала, что водитель то и дело отрывал взгляд от дороги и смотрел в её сторону.
— Она слишком горда, чтобы не верить в успех,
Но быстро катятся дни.
Она так хочет, чтобы всё как у всех,
Но чтоб при этом не так, как они…
Элька вынырнула из песни. Её таксист сосредоточенно держался за руль и мыслями витал где-то далеко.
— Она свободна, как и была,
Она умеет говорить слово «нет».
Но всё больнее заедают дела,
И уже не шестнадцать лет…
Элька согласилась с исполнителем. Вот же ведь, откуда он всё это про неё узнал⁇ Не сдержавшись, она тихонько подпела:
— И жизнь такая упрямая,
Всё решает за неё и за них.
Дай мне руку, душа моя,
У меня хватит сил на двоих…
Голос из магнитолы раздвоился. Элька моргнула и поискала источник нового звука. Таксист подпевал вместе с ними, с автором песни и Элькой. И так естественно у него это получалось: «дай мне руку, душа моя», что Эльга едва сдержалась, чтобы не протянуть ему свою ладошку. Что за наваждение!
Песня закончилась, наваждение растаяло, но в воздухе витало какое-то неясное сожаление, словно не случившееся чудо. Девушка сердито одёрнула себя: хватит, дурында. Это просто канун Нового года, в это время всегда хочется волшебства. Это просто симпатичный парень с приятным голосом, не очень похожий на таксиста, но мало ли, какая ситуация у человека. Не всем же таксистам быть усатыми дяденьками в безразмерных кепках!
— Меня зовут Мартин, кстати, — неожиданно представился не-дяденька. — А где вам больше всего понравилось заграницей?