Когда тепло полностью

— Нажми смыв, пожалуйста.

Он наклонился через неё к клавише на стене, она вдохнула его запах. Как же хотелось уткнуться в него и забыться. Но она чувствовала себя грязной, вывалянной в тех взглядах и словах, от которых возможно ли вообще отмыться…

Денис достал упаковку прокладок.

— Рассказывай, что с этим делать. Будем надеяться, что я не безнадежен и разберусь.

Вода набралась на две трети, пена стояла ароматной шапкой. Денис опустился на корточки и снял с неё носки. Она поднялась, подошла к бортику, встала к нему спиной и подняла руки вверх. Он снял с неё толстовку, аккуратно высвобождая каждую руку. За ней последовал больничный балахон. Он со свистом выпустил воздух сквозь зубы: красноватые следы от пальцев покрывали её плечи и предплечья, большой синяк цвел на пояснице, правая лопатка была содрана. Она слегка обернулась.

— Не смотри.

Он сжал кулаки, чтобы не коснуться её.

— Прости меня. Прости, что я так поздно тебя нашёл.

Она вздрогнула.

— Мне нечего тебе прощать… Я хочу помыться.

Он придержал её за локоть, помогая погрузиться в воду. Руки оставались приподнятыми, но тело скрылось в пене, и она немного расслабилась. Пару минут она сидела в воде с закрытыми глазами. Он стоял рядом, разглядывая её. Ей нечего ему прощать! Ей причинили вред из-за него. По его вине она вся в синяках и больше не светится изнутри.

— Придержи меня за локти, я намочу волосы.

Он нежно удерживал её повыше локтей, пока она сползала ниже и запрокидывала голову в воду. Сквозь пену мелькнула грудь, но он заставил себя следить за её лицом.

— Всё, Наташа, пять минут прошло. Давай мыться и выходить. Она глянула на него и кивнула. Он вымыл её волосы. Провел ладонью по лицу, умывая её и стараясь не задеть рассечение на скуле. Тем не менее она дернулась, будто ей неприятно само его прикосновение.

— Возьми мочалку и пройдись по мне под водой.

Он вёл вехоткой по её телу вслепую, поглаживая и не растирая. Она полулежала с закрытыми глазами и лишь изредка морщилась, видимо, когда он задевал больные места. Сколько же их на ней? Он обмыл шею и спустился на грудь. И вдруг она вскрикнула и дернулась вверх, распахнув глаза. Грудь открылась, и он застыл, глядя на фиолетовый воспаленный сосок. Второй был её обычного оттенка. Она тоже уставилась вниз.

— Что он сделал? — выдавил из себя Денис.

Она подняла на него свои потухшие глаза.

— Кажется, ущипнул. Я не помню. После того, как он разорвал одежду, моё тело будто блокировало восприятие. Боль была мгновенной вспышкой и не оставалась со мной, ну или я её не чувствовала. Он говорил, что боль делает всех сговорчивее. А я не хотела быть сговорчивее, и мой организм отключил меня от боли. Моё тело так может.

Её накрывала истерика, она задышала чаще. Он приподнял её подбородок и поймал её больной взгляд.

— Шшш, Наташа, давай смоем пену.

Она уцепилась за его взгляд, кивнула и начала вставать.

Он дотянулся до душа, не нарушая зрительного контакта. Позволил струям разбрызгивать воду во все стороны, поливая её и промокая сам. Также на ощупь взял с полки полотенце и накинул на неё. Дотянулся за вторым и накрыл её голову. Он вытащил её на коврик. Легкими движениями осторожно прижимал ткань в разных местах. Обернул полотенце вокруг неё. Посушил волосы, осторожно вытер лицо и шею, накрыл руки. И продолжал смотреть в её глаза. Он чувствовал, как она дрожит, не сильно, но ощутимо. Он надел на неё бельё.

— Нужно смазать раны.

— Пожалуйста, давай попозже. Мне пока так чисто.

Он помолчал.

— Толстовку?

— Да, только сначала футболку. Твою. Они не обтягивают.

— Сейчас принесу.

Он схватил свои пижамные футболку и штаны и вернулся к ней. Полотенце упало, она присела на край ванны, прикрывая грудь скрещенными руками.

— Ноги устали.

Он одел её, расчесал волосы, взял на руки и отнёс в постель. Сел в ногах и начал массировать её ступни. Прохладные, со следами от шнура на лодыжках.

— Я буду работать из дома. Утром я сам отвозил мальчишек в школу, поэтому меня не было. Просто знай, что я здесь.

Она смотрела на него.

— Что ты сказал мальчикам?

— Что ты упала у себя в квартире, когда протирала верх шкафа, и тебе нужен покой.

Она кивнула.

— Ты сам заберёшь их после школы?

— Их может забрать Володя.

— Съезди сам с Володей, — она заволновалась.

— Хорошо, я сам. Володя побудет здесь. Я принесу тебе обезболивающее и ты полежишь, ладно? А после школы мальчишки придут тебя навестить.

— Ладно, — она слегка улыбнулась.

— Тебе нужно поесть.

— Я не хочу.

— Хотя бы попей. Я принесу воду и чай.

— Хорошо.

Он вышел и быстро вернулся с лекарством и двумя стаканами. Она выпила, а он надел на неё носки и накрыл одеялом.

— Отдыхай.

Она закрыла глаза. Он взял ноутбук и устроился в кресле.