Забытая родней, пенсионерка Валерия, по воле рока, оказывается в теле юной девушки в далеком, до конца не изученном древнем мире, в котором среди мамонтов, саблезубых тигров и соплеменников, нужно не только выжить, как — то улучшить быт, но и стать чуть-чуть счастливее в мире, полном опасностей.
Солнышко поднялось уже от горизонта, и день обещал быть жарким. Облака на краю неба рассеялись, как только утро начало набирать силу. Валерия Николаевна допила чай с липой, которую удалось собрать недалеко от ее дома этой весной. И хоть суставы на пальцах, да и колени сильно болели, но она не могла отказать себе в удовольствии пособирать лекарственных травок. Теперь они стройными рядками висели на стене возле газового котла. Подруги иногда просили сбор то от одной болезни, то от другой, и она, радуясь, что кому-то это нужно, собирала, упаковывала в бумажные пакеты и раздавала соседкам.
Помыла чашку и пошла посмотреть свой огород, пока жара не вступила в полную силу.
Пройдясь по рядам, подошла к грядке с морковкой.
«Вот сынок привезет внучка через месяц, а у меня уже морковка молодая поспеет. Жаль, клубничка уже отойдет, а так хотелось ягодкой внука порадовать!» – улыбаясь самой себе и мурлыкая под нос песенку, Валерия Николаевна встала на колени и принялась за прополку моркови.
Сын Алеша приезжал в гости только два раза в год. Привозил внука, и бабушкиной радости не было предела. Она готовила несмотря на боль в руках внучку разную вкуснятину: блинчики, оладушки и пирожки. Угощала сладостями, припасенными для него. Невестка не разрешала давать ребенку сладкое, ругала за это, но сердце бабушки не могло нарадоваться внуку, и она украдкой, как воришка, прятала по его кармашкам конфетки.
Очень она жалела, что сын один у нее, что редко приезжает и редко звонит. Раз в неделю по пятницам раздавался звонок и как раз в тот момент, когда она смотрела свою любимую передачу «Поле чудес». Но услышать голос сына и тем более внучка, было дороже всего на свете. Так что она выключала Якубовича и слушала лепет своего Андрюшеньки. А он рассказывал бабушке про нового робота, про футбол, на который его возил папа, и про буквы, которые заставляла учить мама. Этим она и жила до следующей пятницы.
Поднимаясь с грядки, даже не заметила, что сзади положила трехрожку, и так неудачно поранила икру. Почувствовала, как горячие струйки крови побежали по ноге. Осмотрела рану, она была опасна. Вздохнула: нужно идти в дом, промывать и бинтовать, чтобы остановить кровь, но что поделаешь. С трудом поднялась с колен, это причиняло жуткую боль, и медленно пошла вдоль грядок.
Войдя в комнату, Николаевна почувствовала, как сильно закружилась голова, в глазах потемнело.
«Вот дойду до дивана, сейчас сяду, забинтую ногу, и отлежусь немного, пока голова пройдет. Старость не радость, как говорится», – с горечью подумала она.
С трудом дойдя до дивана и присев на его краешек, она поняла, что самой ей не справиться, нужно вызывать скорую. Какое счастье, что телефон лежал тут же рядышком, на столике. «03» и вызов – всего три нажатия, но это отняло у нее последние силы. Только бы не уронить трубку на пол, будет не поднять, только бы не…
– Алло, скорая? Что-то с сердцем у меня, помогите…
Только успела сказать адрес, а потом начала проваливаться в туман. Как будто в колодец летела вниз, и так хорошо было, легко, и ничего тут в тумане у нее не болело: ни руки, ни колено. Промелькнула мысль: «Вот и все. Жизнь закончилась.»
Очнувшись, первое, что Николаевна поняла: она лежит на чем-то плоском и холодном. Она сильно замерзла и уже не чувствовала своих ног и рук. Дико болел затылок. Где-то недалеко капала вода, при этом было слышно эхо, значит, там какое-то помещение, которое дает такой звук.
«И почему же так воняет? Как будто здесь что-то сдохло! Батюшки, морг! – пронзила мысль Валерию Николаевну. – Все решили, что я умерла, и прилезли меня сюда! Все правильно: холодно, воняет, вода. Так, нужно дать знать, что я жива, пока меня в гроб не положили». Спина покрылась холодным липким потом, как только она живо представила сверху крышку гроба, которую заколачивают над ней. Валерия попыталась открыть рот и что-то сказать, но голоса не было, и удалось только просипеть. Она прислушалась: никто не реагировал на эти звуки, тогда она попыталась открыть глаза, но они слезились. С трудом проморгавшись, она огляделась и уставилась вверх, над собой.
«Какой странный потолок, как купол, только какой-то недоделанный или недоштукатуренный».
В помещении было темно, и она заметила на потолке игру теней, как от костра. Повернула голову в сторону света и замерла от неожиданности. Она увидела на некотором расстоянии от нее костер, людей возле него и, оглядев помещение, ахнула. Это была пещера! Самая настоящая, в скале. И в ней какие-то странные люди, которые больше походили на племя туземцев в шкурах, сидели вокруг костра и что-то там делали.
«Вот это у меня галлюцинация. Странно, вроде чай был с липой, никакой травы, которая может вызвать такие реальные фантазии, у меня нет. Откуда тогда такое?»
