— Я смогу проводить, — сказала кассирша. На вид ей было лет пятнадцать: скобки на зубах, прыщавая кожа. — У меня перерыв примерно в то время, когда ему уходить.
— Спасибо. Вы и вправду поможете. Бен, не забудь водителю показать записку.
— Хорошо. Только сейчас мне надо думать о работе. Я опоздал. А чтобы уложить бакалею, столько всего надо. Больше, чем ты думаешь.
Я на миг прирос к полу, застыл на месте. Потом глянул на кассиршу, застенчиво улыбавшуюся мне. Как будто та считала меня витающим в облаках.
— Пока, Расти, — сказала она.
Поправлять ее было пустой тратой времени. Я просто поехал обратно к маминому дому.
Из дома я вышел в половине четвертого и направился к автобусной остановке. Три автобуса проехали. Бена не было ни в одном из них.
Часов в шесть, после почти двухчасовых разъездов в поисках брата, я вернулся домой проверить автоответчик. На тот случай, если кто-то звонил, уведомить, что Бен у них или что его видели.
Заметил мигающий красный огонек: получено сообщение, — и взмолился, чтобы новость для разнообразия оказалась доброй.
Включил запись. Разобрать сообщение было трудно. Кто-то звонил из набитого народом помещения. Словно с вечеринки или из бара. Парень. Имя я не разобрал.
«Просто хочу поставить тебя в известность: Бен у нас. Нашли его шатающимся у железной дороги, в нескольких милях от города. Вот и взяли его с собой на похороны. Я собирался отвезти его домой сразу после, но Марк сказал, пусть идет с нами. У Бена все в порядке. Все друзья отправились напиться. Ты понимаешь, помянуть Винса. Короче, я позабочусь, чтобы Бен верняк вечером попал домой. Сам его привезу».
Щелк.
— От дерьмо! — вслух выразился я.
Потом набрал телефонный номер звонившего… кто бы он ни был… и тот ответил.
— Да-а? — услышал я. И тот же шорох от шума вокруг. Голоса и звяканье бутылок и бокалов, которое ни с чем не спутаешь.
— Еще раз, кто говорит?
— Расти?
— Ну да. С кем я говорю?
— Это Крис, чел. Крис Керрикер. Ты ж знаешь. Из класса? Ниебургская средняя?
— A-а, Крис. Точно. Я по сообщению твоего имени не разобрал.
— Ну да, тут шумновато, чел.
— Что за похороны были?
— Винса, чел. Его похоронили сегодня. Полные военные похороны на закате, понимаешь, с ружейным салютом, флаг сложили и матери его отдали. Все девять ярдов.
Точно. Винс. Я даже не знал, что тело привезли домой.
— Мне никто не сказал, что похороны Винса сегодня были. Я бы хотел пойти.
Долгое, мерзкое молчание. Отягощенное чем-то.
— Жаль, чел.
Только ему не было жаль. Ну, может быть, сейчас. Не знаю. Но было ясно по тому, как он выговорил, что я не попал в список приглашенных не случайно.
Если только я не вел себя как параноик. Выискивая что-то между строк.
Нет. Я не был параноиком. Что слышал, то там и было.
— Погоди… а где происходили похороны? Где-то рядом?
— Форт-Скотт.
— Форт-Скотт? — вскричал я. — Это ж сотня миль отсюда!
— Не потянет, чел. Шестьдесят. Шестьдесят пять максимум. Мы одолели это за сорок пять минут, когда за рулем Марк сидел, но он работал, как зверь.
«Великолепно, — подумал я. — Полный порядок: увезли Бена за шестьдесят пять миль из города, потому что Марк водит, как маньяк. Превосходно. Только теперь это уже не имеет значения».
— Как Бен пережил ружейный салют?
— Испугался до невозможности. Но теперь все с ним нормально.
— Послушай, Крис. Это недопустимо. Я еду забрать Бена. Я не хочу, чтобы Бен пил. Вы вернулись в город?
— Ну да. Вернулись. Но он и не пьет, чел. Он просто с нами.
— Марк там?
— Ну да. Марк тут. Все тут.
— Просто скажи мне, где вы. Я приеду и заберу Бена.
— Не надо, пусть останется, чел. Он знал Винса. Это вроде еще одних поминок, личных. Только для нас, парней. Мы поминаем Винса. Бен хочет участвовать в этом. Он хорошо проводит время. Это его жизнь, чел. Пусть поживет.
Это ударило ниже пояса. Потому как в том-то и весь замысел. Цель.
— Крис, я…
— Я не дам ему напиться в стельку, чел. Но позволь ему быть с нами. Винс был нам братом. Так братья и поступают.
Мне было виднее. Где-то внутри меня очень четко обрисовалось местечко, откуда мне было виднее.
Однако сказал я лишь следующее:
— Хорошо, но никакой выпивки. И не слишком поздно.
К восьми часам я понимал, что все пошло наперекосяк. Я ожидал, что Бен переступит порог дома к 7:58. Так, чтобы лечь спать в восемь. Ни на миг раньше. Ни на миг позже.
Я сидел у окна, туманя стекло своим дыханием. Вглядываясь в темноту. Всякий раз, заслышав двигатель машины, я распрямлялся. Но машина каждый раз проезжала, не останавливаясь.
В половине девятого я опять позвонил Крису на мобильный. И после этого звонил каждые десять минут.
И все время попадал лишь на его голосовую почту.
Около одиннадцати затрещал телефон. Я схватил трубку с первого же прозвона.
— Бен?
— Бена с тобой нет? Где же Бен?
Анат.
— О. Привет. Он гуляет тут с одними ребятами.
— Я и не знала, чтобы Бен когда-нибудь гулял с какими-то ребятами.
— Я тоже не знал.
