Оливер и Чарли с детства знали, что будут вместе всю жизнь. Однажды они поклялись, что никогда не расстанутся, но не сдержали обещание. Спустя много лет они вновь встретятся, понимая, что годы разлуки не смогли убить любовь. Только как быть, когда одна хранит тайну, их разлучившую, а он так и не простил предательства?Содержит нецензурную брань.
– Чарли! Эй, Чарли!
Светловолосая голова Оливера Скотта высунулась из-за стеллажа с изолентой, верёвками и прочей хозяйственной мелочью. Чарли обернулась, поправила очки на переносице и, увидев, как Олли машет ей с «жутко таинственным» видом, вприпрыжку помчалась к нему. Только скрип её кед о линолеум да жужжание осветительных приборов нарушали тишину торгового зала.
– Вот ты где, Оливер Мэйсон Скотт! – подражая тону мисс Линнет, их учительнице, изрекла Чарли. Сделала она это громче, чем следовало, потому что Олли тут же зашипел на неё и глянул с укором.
– Тише, Чарли! Иначе всё испортишь! – опасливо оглядевшись по сторонам, прошептал Оливер, а Чарли оживилась в предвкушении новой проделки.
Детям приходилось как-то выкручиваться, чтобы летние каникулы проходили с толком и весело. Обычно Чарли с Олли приходили в магазин стройматериалов, принадлежащий семье Скоттов, и играли, бегая по торговым залам и складам, пока терпение мистера Скотта не иссякало, и детей не прогоняли за очередную проказу. Тогда Олли и Чарли подавались на заправку, где миссис Тимонс продавала самый вкусный и холодный лимонад, становившийся спасением в летнюю жару.
– Пойдём за мной, только тихо! – скомандовал Оливер и, пригнувшись, как в каком-нибудь фильме о шпионах, стал пробираться в сторону склада. Решив проявить почтение, Чарли так же пригнулась, семеня за другом. Её сердце стучало всё быстрей и быстрей, и радость от грядущего приключения наполняла грудь вместе с воздухом.
Чарли всегда было весело с Олли. Он был её лучшим другом с тех пор, как они встретились в начальной школе. Чарли с родителями и двумя сёстрами тогда только переехала в Гери и никого тут не знала. Когда Чарли пришла в школу, оказалось, что только она одна из девочек носит мальчишескую одежду и вместо забав со скакалками предпочитает игры с мячом. В итоге девочки не захотели дружить с новенькой, а вот мальчишки с радостью приняли в свой круг, не став воротить носы. Особенно Чарли сдружилась с Оливером Скоттом, и теперь ей казалось, что они знали друг друга целую вечность. Это было три года назад – почти что самая настоящая вечность, когда тебе девять.
Дети пробрались на крышу трёхэтажного магазина – третий этаж служил офисом для мистера Скотта; была там и небольшая квартирка, в которой, впрочем, никто не жил.
– Гляди, Чарли!
И Олли с гордостью показал Чарли с десяток наполненных водой воздушных шариков, рядочком уложенных у парапета.
– Что это ты удумал, Оливер Скотт? – Карие глаза Чарли сверкнули лукавством за стёклами очков. С тех пор как Чарли потеряла третью пару контактных линз, ей приходилось носить на лице уродские очки в чёрной оправе.
Плохое зрение досталось Чарли от отца, а у того в семье почти все были слепы как кроты. Не совсем так, конечно, хотя дядя Ховард и тётя Луиза, надо признать, имели схожие черты с этими подземными зверками.
Олли широко ухмыльнулся, кивнув Чарли. Конечно же, она поняла его замысел, и он не только не возмутил девочку, но и вызвал трепет от нетерпения приступить.
И они приступили.
Надёжно спрятавшись за парапетом, послали первый заряд в мистера Фергюсона, старого брюзгу, который как раз вышел из магазина, куда приходил за садовыми перчатками. Шарик с громким шлепком приземлился у ног мужчины, обдав того крупными брызгами. Мистер Фергюсон стал озираться вокруг себя и сыпать проклятьями, а Чарли и Олли, зажимая рты от смеха, юркнули в своё укрытие.
Следующей целью их обстрела стала миссис Муди, которая всюду таскала с собой свою противную болонку Тинкербел. Вот и на сей раз визгливое животное сидело на руках хозяйки, получив свою порцию брызг.
Обстреляв ещё нескольких прохожих, дети катались по раскалённой на солнце крыше, держась за животы от хохота.
– А здорово ты придумал, – оценила Чарли, когда, успокоившись, они лежали на спине и, прищурившись, разглядывали безоблачное небо.
– Я же говорил тебе, Чарли – держись меня и не пропадёшь!
Легонько стукнув Олли в плечо, Чарли показала ему язык.
– Воображала ты, Оливер Скотт.
Замолчав на некоторое время – после хорошей шалости всегда наступал такой момент спокойствия, когда хотелось отдохнуть, а заодно поразмыслить над следующим приключением, – Чарли и Олли дышали июльским зноем, слушая звуки их сонного маленького городка. И в этой уютной тишине их мизинцы сплелись, выражая тем самым, что не было дружбы крепче на всём белом свете.
Во всяком случае, в штате Индиана точно не было.
– Олли, – позвала Чарли шёпотом, как будто боялась спугнуть бабочку – взмахнёт крылышками и упорхнет.
– Что, Чарли? – Олли повернул голову – их лица были так близко, что даже со своим не очень хорошим зрением Чарли видела все веснушки на его носу.
