— А прогнозы Лекса, как обычно, не оправдались, — торжествуя пропел папа. Мастер только с улыбкой развел руками. Разговоры плавно перетекли к следующей коллекции, и я окончательно потеряла интерес. Все равно это будет шедевр, да и папа не упустит случая похвастаться. Глаза слипались, и я упорно старалась не зевать, а ведь завтра еще в академию… Ужас.
— Уверен, теперь на наших девочек свалится огромное количество предложений, — донеслась до меня фраза Жака. Я хлопнула глазами и удивленно посмотрела на него. Предложений чего?
— Что? Ты же не думала, что будешь всю жизнь только с Алексом работать?
— М-м…
— Мне кажется, это пойдет нам на пользу, — заявил отец, — Да и поверь, солнце, это интересно.
Я только невнятно промычала согласие и снова уткнулась в тарелку. Еще и предложения какие-то… Вот возьму и не буду ни на что больше соглашаться. Оно мне не надо. Пусть этим занимаются те, кто хочет и кто реально работает.
— Мы, конечно, дико извиняемся, но девчонкам завтра на учебу, так что… — внезапно заявил мастер. Чего это он так заботливо?
— О, конечно, — отец тут же среагировал, — Солнышко, ты просто супер!
Я улыбнулась и, встав, направилась за мастером к выходу. Неужели я пойду спать? Войдя в квартиру, сразу поплелась к комнате. Спать, спатеньки, хочу спатеньки…
— Куда? — окликнул меня мастер. Я застыла и непонимающе оглянулась. Что значит куда? Спать!
— Ага, то есть твое подслушивание я тебе простить должен? Не дождешься, — он ехидно усмехнулся, — Вперед и с песнями, рукопашный бой жаждет твоего внимания!
Меня аж перекосило. Да ладно…
— А переодеться можно? — голос прозвучал очень жалобно. Но, конечно, мастеру было глубоко плевать на мои страдания.
— Две минуты, — он лучезарно улыбнулся, — За каждую минуту опоздания, накидываю по одному кругу с препятствиями.
Хлопнув ресницами, я сорвалась с места. Сволочь! Ненавижу тебя!
Удар, уклонение, удар, все. Я поднимаюсь с пола. Снова встаю перед мастером. Времени три часа ночи. Сегодня мне даже не дают нормально сделать удары. И каждый раз роняют побольнее. Мастер явно злится. Но с чего?! Не понимаю я мужской логики. А мысли этого психа в особенности! Ну и что что я подслушала? Все равно ничего не поняла! Да и я что, виновата в его невнимательности?! Сам меня не заметил! Тоже мне, пуп мира, номер один. Не видит ничего перед носом, зато гонору… Упрямо сжав зубы, снова делаю выпад. Уже через секунду меня перебрасывают через плечо и роняют на спину. Тц…
— Что, все силы кончились? — ехидно спрашивает мастер. Черные глаза злобно метают молнии. Ну бли-ин…
Поднимаюсь и молча встаю перед ним. Выпад, он уходит, и я резко торможу, чтобы не улететь дальше. Вот только одного не учла: он же злится… Так что, мне придали ускорения, и я позорно рухнула лицом вниз. Только попыталась встать, как на спину опустилась нога и прижала к полу.
— Ну во-от… Теперь, когда ты, в прямом смысле, раскатана по полу, пообщаемся, — он прижал меня сильнее, и я уперлась руками в пол, пытаясь оставить себе место для вдоха.
— Судя по тому, что я не слышал, как ты зашла на балкон, ты была там с самого начала, верно?
— Д-да… — сдавленно прохрипела я. А просто спросить было нельзя?!
— И как тебе услышанное? — он еще сильнее прижал меня к полу. Руки задрожали от напряжения. Вот черт!
— Ничего непонятно…
— Ага… Это хорошо, — он переместил ногу с талии на основание шеи, место между лопаток, — Надеюсь, ты понимаешь, что рассказывать об этом никому нельзя, да?
Его голос звучал подозрительно ласково, что, учитывая усилившееся давление на спину, говорило о крайней степени бешенства.
— Д-да…
— Ты моя прелесть… — просюсюкал он и в следующий момент резко надавил на спину. Руки не выдержали и разъехались в стороны, а подбородок больно встретился с полом.
— Запомни, куколка, подслушивать можно и иногда нужно всех, кроме меня, ясно?
Из-за прижатого к полу подбородка, не получалось сказать ни слова. Как я должна ответить, если даже вдохнуть нормально не могу?! Не дождавшись ответа, мастер прижал меня еще сильнее.
— Ты. Меня. Поняла?
— Да, — на грани слышимости просипела я, и через секунду меня отпустили. Я закашлялась, медленно поднялась и встала на колени пытаясь отдышаться. Легкие жгло огнем, а перед глазами темнело от резких движений.
— В следующий раз, если хочешь что-то узнать, спроси меня лично, а не подслушивай, — буднично заявил мастер и вышел из зала. Я осталась сидеть на полу, приходя в себя. Псих. Он просто ненормальный садист! И зачем я вообще вышла… Надо было сидеть в гримерке. Или сразу сказать, что я на балконе. Я потерла солнечное сплетение и неловко поднялась. На дрожащих ногах добралась до спальни и не раздеваясь упала на кровать. Силы кончились, а ведь вставать через два часа…
