Я опустила телефон. Иногда резкие перемены в его поведении сбивают меня с толку… Из горла вырвался нервный смешок. И как этот садист может писать нечто подобное?.. Я отбросила телефон обратно на кровать и, вздохнув, потянулась. Пора закрыть эту страницу и начать новую.
Решив, что книжка мне надоела, я направилась на кухню. Мастера там не наблюдалось, так что, довольно улыбнувшись, я полезла сначала в холодильник. Стоило отпустить ситуацию и разложить все по полочкам, как мне стало легче. Тут же и аппетит проснулся, и желание чем-то себя занять. Может, заделаться психологом? С такими способностями к самовнушению я могла бы далеко пойти. Фыркнув, заглянула в холодное нутро белого монстра. Хм… Пара тарелок, закрытых пленкой, несомненно, притянули взгляд. Достав их и содрав упаковку, поставила еду в микроволновку и уже под ее размеренное жужжание полезла в шкаф. Почему бы не побаловать себя чашкой горячего шоколада? А если еще и с печенькой…
Раздобыв себе пачку печенья и выложив ее на стол, я нажала кнопку на кофемашине и подошла к микроволновке. Еще несколько манипуляций и передо мной на столе стояла тарелка с обедом, чашка с шоколадом, а жизнь начала обретать краски. Прелесть!
Я с удобством расположилась на диване и с интересом смотрела в экран. Герои фильма искали какой-то сундук, путешествуя по острову. Вот их группа выходит на побережье и сквозь их голоса пробиваются звуки природы. Пение птиц, шум деревьев… За просмотром фильма я окончательно успокоилась и теперь смогла расслабиться. Где-то на периферии фильма шумело море… Море?.. А почему нет? Хорошая идея.
Собственно, ее я и озвучила мастеру, когда он вернулся. Я в тот момент уже позавтракала, поэтому просто пила сок, пока мастер недоверчиво ковырялся в тарелке. Вот я не пойму, с чего такое подозрительное отношение к моей готовке? Бесит меня.
— Море? Хорошая мысль. Тогда собирайся, думаю послезавтра поедем, — сказал он, предварительно заглянув в телефон. Я немножко зависла.
— Послезавтра?
— А что? Не хватит времени на сборы? — он вопросительно на меня посмотрел и все же отправил вилку с кусочком гренки в рот. С опаской прожевал, но проглотил. Не удивлюсь, если он потом будет пить лекарства от несварения. Для профилактики, так сказать.
— Да нет… Просто… Так быстро?
— Ну… Как тебе сказать, — он вдруг хмыкнул и ехидно ухмыльнулся, — Я уже такой большой, что у меня есть собственная недвижимость и движимость. Так что не вижу смысла тормозить.
Я только молча отпила сок. Действительно. И почему же я об этом не подумала. Он же у нас старикашка двадцати двух лет. Хм, собраться за два дня на месяц… Сколько вещей я могу с собой взять.? Снова озвучила, на что получила весьма прозаичный ответ:
— Сколько хочешь. Только учти, что у меня только две руки… — отозвался он и вдруг зевнул. Я хлопнула ресницами. Почему-то такое, казалось бы, банальное действие совершенно не вязалось с образом мастера. Нет, серьезно! За прошедший год я ни разу не видела его уставшим, сонным или спящим. Он постоянно был до противного бодрым, а тут… Что ж, зато теперь я точно знаю, что он человек, а не неведомый монстр-р.
— Хорошо, тогда я пойду, — я встала и поставив стакан в мойку направилась в комнату. Но в коридоре внезапно остановилась.
— Мастер, а…
— М-м! — возмущённо замычал он, а когда прожевал, продолжил, — Ну я же просил! Сколько можно измываться?!
Я ошарашенно на него вытаращилась. Что на этот раз?
— И прекрати на меня таращиться, — недовольно буркнул он, тыча в меня пальцем, — Еще немного и из меня песок посыплется от подобных отношансов!
Я закатила глаза. Ну что за детский сад…
— Ты издеваешься? — я сложила руки на груди и укоризненно на него посмотрела.
— Я издеваюсь? Это ты меня тиранишь, — он повторил мой маневр и крутанулся на стуле, поворачиваясь ко мне, — Маленький тиран и деспот.
— Кто? Я?! — я возмущённо запыхтела, — И ничего я не маленькая! Мне семнадцать! И сам ты тиран! Садист!
— А мне двадцать три! Я старше, так что слушайся меня!
— Да и так слушаюсь! Но я же не ясновидец, чтобы понять, что ты опять от меня хочешь!
— Сказал человек с шикарной памятью!
— С чего ты решил, что она шикарная?! Я даже не помню, что вчера было!
— Что? — он снова перешел на обычный тон и теперь удивленно на меня смотрел. Упс…
— Что? — я сделала вид, что не услышала его вопроса. Не хочу это обсуждать, не хочу это обсуждать!
— Ты не помнишь? Совсем-совсем?
Я покраснела и, куснув губу, призналась:
— Только начало.
— Какая жалость, я же так старался… А твои стоны, м-м. Песня, — на его губах вспыхнула самая ехидная из улыбок, а я почувствовала, как краснею до самых корней волос. А-а! Блин, как я могла так проколоться… Вот сволочь! Я-то думала, что он благороднее, а тут. Свинья!
— Ну и что, — я гордо вскинула подбородок, — И вообще, не увиливай от ответа!
Ответом мне стало демонстративное фырканье.
— Я сказал тебе, чтобы больше никаких «мастер», — передразнив меня ответил он. И ничего у меня не такой писклявый голос. Я демонстративно закатила глаза и продолжила говорить то же, что и до этого:
