Некоторое время я выполнял поручения Алика, был его шестёркой. Убийства он мне не поручал, наверное, чувствовал, что не пойду на это. Но вскоре решил заменить меня более покладистым учеником, так как мне не нравились его поручения. Альберт сказал: „Не хочешь воровать, значит, будешь убивать. Отныне сам себе добывай пропитание. Теперь ты, так сказать, свободный художник, отправляйся на вольные хлеба“. Непослушания он не терпел. Идти на попятную, убеждать его, что согласен на всё, кроме убийства, было бесполезно. Я несколько дней, не помню сколько, просидел в подвале, чтобы не кидаться на людей. Потом приходили мысли убить себя, но на это духу не хватило, да и не очень я представлял, как можно убить вампира. Днём выйти из подвала я не смог. Солнце очень сильно обжигает, если вампир уже зверски голоден, это так больно. Уже обезумев от голода, я пошёл ночью на свалку и схватил за горло первого попавшегося бомжа. И лишь потом наступило осознание того, что я сделал. Это был кошмар, я убил человека просто так, ни за что. Я убивал врагов на войне. А сейчас… Во что превратился золотой медалист, ветеран, лучший врач? В мерзкое чудовище. Я услышал чьи-то шаги и решил не убегать, не прятаться. Кто бы там не был, пусть убьёт меня, да и всё, раз сам не могу. Вот таким и нашёл меня Светик. Я над растерзанным трупом, весь в слезах и соплях, так сказать, с кровью, капающей с непослушных клыков».
«А что делал на свалке князь Святослав?»
«Я тоже задавался этим вопросом. Оказалось, специально искал таких, как я, зная о привычках Альберта. И раз он снова появился здесь, значит, как-нибудь надо прогуляться по свалке».
«Валер, расскажи про Святослава».
«Это истинный князь, что проявляется во всём. Манеры, движения, великодушие и благородство. Он как будто светится изнутри. Светик — он как будто выше всего этого, как он говорит, всей этой мышиной возни. Он какой-то неземной. Светик столько со мной возился, а я как будто испытывал его терпение».
Однажды я решил съездить в свой родной город, чтобы отомстить обидчикам моей Алёнки. Я чувствовал, что теперь всё могу и просто перегрызу глотки этим подонкам — её отчиму и мужу. Я даже их кровь пить не стал, сна мне казалась ядовитой. Потом мне как медику не составило труда замаскировать это под обычное убийство, ликвидировав следы укусов. Им просто перерезали горло и всё. До этого я их ещё напугал до полусмерти и был очень доволен собой. Пока нос к носу не столкнулся со Светиком. Он быстро меня нашёл. Ну, и получил я от него нагоняй.
«Так вот значит где ты находишься и чем занимаешься… Тебе не нужен наставник, ты хочешь продолжать убивать людей?»
«Светик, но это подонки. Я не пил их кровь. Я собирался вечером вернуться».
«А я вот ещё до вечера тебя нашёл. Я думал, ты захотел родителей навестить. И как долго ты не звонил им? И сейчас пройдёшь мимо дома?»
«Светик, ну зачем я им такой? Как уехал из дома, так они обо мне ничего и не знают».
«Эх, Валера. Ты любой нужен твоей матери».
«Чтобы пугать её клыками?»
«Мы сейчас вместе пойдём к твоим родителям. И они поверят во всё, что я им расскажу. А расскажу я им, что ты учишься в аспирантуре, будущий научный работник. Ты настолько занят научной работой, что не мог приехать, а не звонил потому, что был в экспедиции, а оттуда звонить нельзя. И сейчас ты опять собираешься в экспедицию, и по нашей легенде я её руководитель. Представишь родителям своего друга и руководителя, мы переночуем у них, а утром я увезу тебя в горы Алтая на перевоспитание. Я тебе устрою экспедицию. Мне с тобой предстоит ещё столько работы. А пока будем у твоих, буду их гипнотизировать, чтобы не замечали ничего необычного в твоём поведении».
