— За планирование она платит тебе тридцатку в час? Я заплачу шестьдесят, но устрой все по моему желанию.
Она покачала головой и снова сосредоточилась на оставшемся клочке двора, где все еще рос запретный сорняк с желтыми цветками.
— Она меня уволит.
— Какая разница? Ты все равно уходишь.
— Это не то же самое. Я не переезжаю, а значит, мы все равно будем время от времени встречаться, и я не хочу, чтобы она злилась на меня до скончания вечности. Спасибо, но нет. И зачем тебе это? Как бы сильно она ни злилась на меня, тебе достанется в десять раз хуже. Ты этого добиваешься?
— А что, если и так?
Паркер остановилась. Его брак ее тоже не касался, но она обладала уникальным пониманием его отношений с Сабриной, которого не было ни у кого другого. Чем он не гордился.
— Тогда, я бы сказала, что ты пытаешься саботировать свой брак.
— Почему саботирую именно я? Может, вся эта нелепая вечеринка — ее способ саботажа.
Паркер со смехом поднялась и сняла садовые перчатки.
— Я удовлетворю три твоих просьбы, касательно этой вечеринки, не сказав об этом Сабрине. Тогда, по крайней мере, смогу прикинуться дурочкой, будто не знала, что тебе не разрешено высказывать свое мнение.
— Три желания? — Гас прищурился, склонив голову набок. — Как волшебный джинн?
Она вздохнула и побрела по двору с ведром, полным одуванчиков.
— Точно, как волшебный джинн.
— Нужно ли мне потереть тебя в определенном месте, чтобы ты исполнила мои желания?
— Мистер Уэстман…
— Это мой отец, перестань называть меня так,
— Я встречаюсь с другим. Ты женат. Никакого трения не будет. — Она открыла ворота между их дворами и повернулась. — Понял?
— Ты перепихнулась с парнем, который подпилил, отшлифовал или сделал еще какую-нибудь странную хрень с шишками моего отца. Я бы не сказал, что вы встречаетесь. И я надеюсь, ты подумаешь над моими словами,
— Три желания. И мне не нужна твоя двойная почасовая оплата.
— Нет?
— Нет. Я хочу, чтобы ты рассказал мне, как встретил Сабрину.
Ее словесные удары всегда возникали из ниоткуда, превращая веселые моменты в жестокие проверки реальности.
Гас прислонился спиной к деревянному столбу забора и скрестил руки на груди.
— Ее лучшая подруга вышла замуж за одного из моих школьных друзей. Подружка невесты, шафер — стандартный сюжет. Свадьба проходила в Вегасе. Сабрина жила в Финиксе и пригласила меня в гости, поскольку я там никогда не был. А остальное уже история.
— Но ты влюбился и женился на ней. Расскажи мне эту часть истории.
— Ради всего святого, ты разбила стакан на кухне, когда я упомянул о сексе с ней, и сказала, что не хочешь ничего знать, а теперь жаждешь услышать, как и почему я влюбился в нее?
Поставив ведро себе под ноги, она повторила его позу со скрещенными на груди руками.
— Да.
— Она была пылкая и конкурентоспособная, особенно со своим братом. Я спец в электричестве, и она обладала этой захватывающей энергией, которая привлекла меня. Я видел, что когда-нибудь она завоюет мир. Ее страсть и уверенность были чертовски сексуальны, но она ни к кому не относилась высокомерно, кроме как к своему брату. И она любила меня, парня со Среднего Запада, и мою работу «синего воротничка», и мою непринужденность. Полагаю, в каком-то смысле, но в хорошем, мы были противоположностями, и просто… поладили.
— Так что же случилось?
Он пожал плечами и поправил бейсболку «Кабс».
— Мы перестали ладить. И это чертовски обескураживает, потому что я понятия не имею, почему. Как будто однажды она проснулась, и мое присутствие в ее жизни, казалось, разозлило ее. Это было так неожиданно, но, возможно, все накапливалось постепенно. Возможно, я этого не замечал, потому что теперь вижу ее очень редко.
Паркер задумчиво кивнула.
— Теперь счастлива? — спросил Гас.
Она снова подняла ведро.
— Нет, не счастлива. Это очень печальная история. Но я довольна.
— Чему же?
Повернувшись к своему дому, она пошла прочь.
— Я хотела, чтобы
Гас не забыл, почему влюбился в свою жену. Просто той женщины больше не существовало. И он был полон решимости попрощаться с незнакомкой, завладевшей ее телом.
— Желейные шоты. Пиньята. И ты останешься до завершения вечеринки.
— Что? — Она повернулась к нему.
— Таковы три моих желания.
Он ждал, и через несколько секунд ее улыбка разогнала надвигающуюся тьму.
— Какой вкус желе?
— Вишневый. А есть другой вкус?
Паркер покачала головой и продолжила путь домой.
Следующие две недели пролетели незаметно. Паркер спланировала вечеринку в соответствии с предпочтениями мистера и миссис Уэстман… ну, вроде того. Ей также удалось втиснуть в свой плотный график еще два свидания с Марком. Однако секса у них больше не было. Она настояла на том, чтобы сначала повстречаться, если их отношения собираются стать чем-то большим, чем просто случайной связью.