Вдруг его будто что-то подтолкнуло, и он сказал: "Нужно заменить главный кислородный баллон!" - хотя в баллоне оставался кислород после моего предыдущего погружения и давление было 700 psi*. Этого количества вполне достаточно для восьмичасовой работы под водой из расчета потребления пол-литра кислорода в час на одного человека.
* psi - фунты на квадратный дюйм, 14 psi 1 атм.
Раньше Роджер часто погружался с недоиспользованным баллоном, нарушая тем самым одно из основных требований к подготовке аппарата. Однако резервный баллон, заряженный до 2900psi, усыплял бдительность. Запас кислорода казался достаточным, и аппарат шел на дно. Замена Роджером недоиспользованного баллона сломала ставшую уже привычной практику, потому что впоследствии сыграла основную роль в спасательной операции, предоставив нашим спасателям необходимое время.
Роджер, довольно долго проработавший внутри аппарата, где всегда стоит духота, наверняка сильно устал. К тому же менять кислородные баллоны очень неудобно, так как они довольно тяжелые и прикреплены внутри сферы замками, как, кстати, и все в аппарате.
Странную картину представляет собой корабль, когда все на нем спят.Около 10 или 11 часов вечера все начинают укладываться спать, и если погода не меняется, то в конце концов корабль успокаивается, и тогда кажется, что он держит курс в ночь. Когда у тебя впереди работа и ты знаешь, что через несколько часов придется вставать и начинать среди ночи погружение, ты ничего не можешь поделать с собой - сон, в который погружен весь корабль, одолевает и тебя.
Было около 11 часов, когда я заглянул внутрь "Пайсиса" поинтересоваться у Роджера, как идут дела. Потом я предложил ему пойти поспать, сказав, что впереди у нас длинная ночь, однако Роджер в этот раз все делал очень добросовестно и не хотел уходить, не будучи уверенным, что аппарат полностью готов к погружению. Он еще собирался проверить манипулятор, хотя тот уже как будто отремонтировали. Я побрел на камбуз, выпил чашку кофе и отправился спать. Мне показалось, что уже через минуту меня начали трясти и уговаривать встать, хотя прошло два часа с тех пор, как я лег. Надев брюки, рубашку и сверху комбинезон, я вышел наверх. На воздухе было довольно прохладно и сыро, но в кабине аппарата жарко и поэтому я не надел свитера, о чем жалел на протяжении всех трех с половиной суток спасательной операции. Обычно мы надевали свитера или брали их с собой в аппарат на всякий случай, но после многих монотонных погружений постепенно стали пренебрегать этим полезным правилом.
Итак, кое-как одевшись, я побрел к "Пайсису" и, к своему удивлению, обнаружил, что работы на нем еще продолжаются, хотя уже полчаса, как он должен был быть готовым к погружению.
Роджер тоже возился. Работы с аппаратом оказалось больше, чем ожидалось вначале, и он спал всего несколько минут. Аккумуляторы были заряжены, судно обеспечения двигалось к точке погружения, а манипулятор все еще находился в разобранном состоянии. Без него работать мы не могли, и к погружению его необходимо было отремонтировать. И аппарат, и экипаж должны быть вовремя готовы к погружению, с тем чтобы не нарушался график работ под водой.
На борт аппарата мы обычно берем с собой бутерброды, которые каждый заказывает по своему вкусу на камбузе. Например, я заказал сыр с острой приправой, а Роджерчто - то по своему выбору. В этот раз мы взяли еще яблоки и апельсины, термос с кофе, пакет молока и сахар.
Около 1.30 ночи все было наконец готово, и мы сидели в аппарате, ожидая спуска на воду. Мы должны опуститься к кабелю в том месте, где во время прошлого погружения я оставил гидроакустический маяк - пингер.
Как только попадаешь внутрь аппарата и садишься на свое место, сразу оказываешься как бы в другом мире, даже если аппарат еще находится на палубе судна обеспечения. Знакомое оборудование и приборы, знакомые звуки, доносящиеся из динамиков радиосвязи, - все это психологически настраивает на работу, и хотя люк аппарата еще какое-то время открыт, его кабина на 8-10 часов уже стала твоим изолированным мирком.
Подготовка аппарата к погружению закончена, но проверить кое-что еще раз никогда не вредно, и мы проверяем коротковолновую радиосвязь, светильники и всякую мелочь вроде авторучек для заполнения бортового журнала, видеоленты и т. д. И вот, когда и эти дополнительные проверки закончены, вдруг обнаруживается, что на море шторм.
...Наконец нам сообщают по радио, что нас начинают тащить к корме. Стоящий на тележке аппарат очень похож на самолет, только перемещается он значительно медленнее. Тележку с помощью лебедки тащат к корме, к тому месту, где укреплена П рама. Медленное движение заканчивается резкой остановкой, сопровождаемой характерным звуком. Отсюда в иллюминаторы уже видна поверхность моря. Мы ждем, когда судно обеспечения займет положение, удобное для спуска "Пайсиса" на воду.
