Гляжу на приличной ширины и глубины борозду, образовавшуюся в результате моего «экологического шабаша» и понимаю, что как-то нужно выравнивать! А, может, ну его? Шторма доделают то, на что у меня уже просто не хватает сил и терпения! Закусив губу, пару минут уговариваю, заартачившуюся было, совесть, заключая с ней сделку, что как-нибудь устрою здесь танцы расшалившихся волн под аккомпанемент маленькой бури, если эта глобальная рытвина не исчезнет естественным путем.
Последний штрих: загружаю в емкость телепортированный адсорбент для дезактивации собранной гадости, тоже, кстати, утянутый у изготовителей втихую. Ну и угры с ними! Мне он сейчас нужнее. Задраиваю люк. Уфф… Готово!
«…За проявленный героизм в борьбе с вонючими отходами цивилизации и долгожданную победу в тяжелых боях с человеческой безалаберностью…» становлюсь сама себе монументом, застыв на месте от усталости. Уже давным-давно перевалило за полдень. Есть не хотелось, только пить. Решаю пройтись к виднеющимся метрах в ста от берега нежно зеленеющим деревцам, растущим на скалистом уступе. Мысленно прошу духов привести меня к воде, а вслух произношу:
— Так пить хочется! Где бы тут водичку почище найти?
Настраиваюсь на внутренние ощущения, забираю чуть вправо и подхожу к роднику, бьющему из небольшой расселины. В который раз благодарю местных духов за помощь. Вволю напившись, просто сажусь на землю и, обхватив колени, смотрю, как ожившее море снова гонит кудлатые волны, зализывающие очищенный, но все еще израненный, берег. Мысли в голове отсутствуют. Лень не только двигаться, но и думать.
Проводив взглядом орущую над головой чайку, я офигела от неожиданности: из морской глубины со всего маху на неимоверной скорости вылетает громадная рыбина или животина и плюхается на разлетающуюся в разную сторону гальку, словно это брызги банальной лужи! Да чтоб тебя… Что за..?! Вскакиваю, как ошпаренная, и несусь к явно сбрендившей, бьющейся в конвульсиях «торпеде».
Недалеко от кромки воды дергается серая туша. Морда широкая и тупая, по цвету гораздо темнее туловища. На теле видны короткие рваные раны, кое-где по бокам и на спине размазался широкими полосами мазут. Нужно срочно вернуть это нечто в воду, пока оно не начало обсыхать! Произношу заклинание для перемещения предметов и, приподняв тело гигантской рыбины или животного на полметра от земли, передвигаю его в воду. Мелководье от берега шириной всего метра три, а дальше сразу провал в глубину. Мне сейчас как раз нужно неглубокое место, чтобы понять причину случившегося и помочь этой дурехе или дурню, решившему на моих глазах покончить жизнь самоубийством.
— Я думала ты метра два, а ты почти что трехметровое! Еле умещаешься, вот же, монстряга! Кажется, ты у меня начинаешь подсыхать…
Моментально вспомнились занятия с Вэйром, учившего меня взаимодействию с водной стихией. Укладываю серую махину на мелководье, создаю вокруг нее сферу из морской воды, чтоб не пересохла, пока я занимаюсь ее проблемами, и начинаю сканировать организм. Так значит, это все же животное. Точно, млекопитающее. В дыхательной системе живого существа я не нахожу следов углеводородов или продуктов их разложения, стало быть, мазут не был причиной такого дико странного поведения. Однако обнаруживаю многочисленные переломы ребер, треснутый хребет ближе к хвостовой части, ушибы мягких тканей и глубокую, рваную почти до ливера, рану на брюхе, на которую не сразу обратила внимание! Еще у него оказалась поражена печень, и эта болячка уже без сомненья от воздействия химии.
Не тратя времени на раздумья, провожу восстановление позвоночника и нейронных связей спинного мозга, поврежденного травмой, привожу в порядок реберные кости, связки, регенерирую мягкие ткани и задетый кишечник. Раза два отвлекаюсь на собственную подпитку, в которой мне продолжают оказывать помощь местные природные духи-хранители. Возвращаю целостность его красивой жемчужно-серой коже. Потом оздоравливаю печень своему отшибленному на всю голову подопечному и очищаю организм от всевозможных токсинов. Потихоньку самоубивец приходит в себя. С моей точки зрения, вроде бы, я все, что могла, сделала. Но мне же никогда не приходилось лечить подобных существ! И я решаюсь на зеркальную сонастройку.
Снова транспортирую серую тушу с помощью заклинания и опускаю на глубину.
— Эй! Ты же… парень, я не ошибаюсь? Не уплывай, пожалуйста! Я еще не закончила! Еще бы ты меня понимал, — ворчу себе под нос.
Но мой пациент будто бы почувствовал, о чем я его прошу: он терпеливо зависает рядом с отмелью, ожидая моих дальнейших действий. Я плюхаюсь рядом с ним в воду, как есть в одежде, кладу руку на жемчужно-серый крапчатый бок и провожу сонастройку, превращаясь в точную копию моего приятеля. Вроде бы тело в порядке, не ощущаю каких-то явных проблем со здоровьем.
И тут в голове мельком проносится: «Ну, наконец-то! Я уж подумал, что ты ни за что не решишься на сонастройку!»
Я не ослышалась?! Это же его мысли? Или мои?
