– Раз есть вход, значит, я найду и выход, ну, а Алекс пойдёт со мной, – дёрнулась было за ребёнком, но Эдвард поймал меня за руку. Максимиллиан медленно отступал в проход. Земля же тихо гудела, посмотрев на пентаграмму, я тихо выругалась.
– Кровь, – выдохнул супруг, глядя, как она бежит и наполняет силой пентаграмму. Смех безумца, словно лезвие, прошёлся по моим нервам.
– Ну, вот. Не мне, так никому!
– Ты – псих! Отпусти его! – слёзы текли по моим щекам, вырвавшись из хватки Эда, сделала несколько шагов в сторону.
– Надо же! Не видел, чтобы ты плакала, даже когда развеяла моих друзей по ветру.
– Жалею, что тебя не тронула, – с горечью выплюнула в его сторону.
– Надо было, ведь знаешь, если гибнуть, то, пожалуй, с тобой я рассчитаюсь, – зло улыбнувшись, он дёрнул удавку. Алекс проснулся. Я оказалась быстрее, за долю секунды до этого впитав её остатки. Потеряв на мгновение концентрацию, мужчина не заметил, как в воздухе просвистел металл. Любимый кунай Кайла прилетел ему в лоб. Бесславный конец для бесславного короля.
– Хорошо всё-таки, что он был слабым менталистом, а то всё могло бы быть и хуже, – Кайл вышел из тени и рассматривал сотворённую картину, я же с Эвардом кинулась к ребёнку.
– Мама, мамочка! – его маленькие ручки крепко обнимали меня за шею, пока я изо всех сил прижимала мальчика к себе. – Страсно мне! – сердце разрывалось, что я не смогла его уберечь. Эдвард же положил мне руку на плечо, а второй ладонью взъерошил его волосики. К моему удивлению, Алекс потянулся одной рукой к отцу и также прижался к нему.
– Что с этим будем делать? – Кайл привлёк наше внимание к тому, что земля начала трястись, а пентаграмма набирает силу. – Что-то Вронски с Дареллом не справляются. Надо уходить.
Перехватив ребёнка, а второй рукой схватив удивлённую меня, Эдвард помчался на выход. Мы были не одни в своём стремлении. Отбежав от кургана подальше, наблюдали, как дыбилась земля. Из древней могилы восстал дракон. За прошедшие годы его тело не изменилось. В груди зияла рана, крылья были разорваны, но теперь его это не беспокоила, глаза существа горели мертвецким огнём.
– Вы подсунули мне бракованного некроманта, – дрожащими губами я высказала претензию мужчинам. Алекс же с горящими от удовольствия глазами смотрел на дракона.
– Видно, его силы не хватило.
– Или звёзды не так построились, – пробурчала из-за спины супруга, куда была благополучно задвинута вместе с сыном.
– Есть идеи?
– Бежать, – предложила свой вариант и под уничижительными взглядами поняла, что ответ неверный, и вряд ли меня вообще спрашивали.
– Ты отступаешь. Мы его задержим, – переведя взгляд с дракона на оставшихся мужчин и снова на мёртвую зверюгу, я быстро поцеловала мужа и ринулась с Алексом на руках бежать, вдали показалось подкрепление, а сзади послышался рассерженный рёв.
– Мама, мама! Неззя! Ему больно! – слёзы полились, когда я представила, кому больно.
В моих мыслях Эдвард был повержен. Алекс заплакал, не выдержав, я развернулась. Муж был жив, вместе с другими мужчинами они пробовали взять дракона в круг, пока безуспешно. Их мечи для него словно зубочистки. Хорошо, что он не может взлететь на обломках своих крыльев. Или может?
– Ко мне, собачка! Мама, хотю, возьмём домой, – дракон попробовал взлететь, но, к счастью, ничего не вышло, после чего он побежал, оттолкнув мужчин. Прямо на меня.
У меня открылось второе дыхание, кажется, так быстро я никогда не бегала.
– Мама, мама, хотю! – радостно лепетал малыш. У меня же бежали мурашки страха по позвонкам, подгоняя двигаться ещё быстрее. Алекс стал дёргать меня за волосы, дракон же уже почти догнал. А до спешащей подмоги было ещё далеко, да и Эдвард не рядом.
– Мамочка тебя очень любит, – запинаясь я посмотрела со слезами на глазах на сына.
– Я тебя любю, – ласково погладил меня по щеке сынок с сияющими некромантским огнём глазами. Истерика стала накрывать меня с головой, но я улыбнулась.
– Попроси собачку остановиться, – приняв решение, я остановилась и развернулась. Молясь в душе всем богам, чтобы не ошиблась в этот раз.
– Не-ет! – крик Эдварда, полный боли, раздался за секунду до того, как нас догнал дракон.
Снег пошёл ночью. Он повалил сразу крупными хлопьями, плотно укрывая землю и деревья. На рассвете всё до самого горизонта уже было укрыто плотным ярко-белым ковром, усыпанным бриллиантами. На душе было тепло и радостно. Светлый праздник настал и, может, мой дом и не готов к его встрече, зато природа подготовилась. Хотелось сбежать вниз по лестнице и упасть в этот чистый белый снег. Закрыв штору, я не стала звонить в колокольчик, а вернулась к кровати. На ней, словно ангелочек, спал мой маленький некромант.
Вернувшись вчера, я так и не смогла на него насмотреться и оставила малыша у себя. Страх снова его потерять прочно засел в моём сердце.
Дверь скрипнула, в комнату вошёл Эдвард, со слегка влажными волосами и босыми ногами, он казался таким милым и домашним.
– Светлого праздника, моя графиня, – прошептал мне на ухо супруг, я улыбнулась и подставила ему губы для поцелуя.
