– Значит так, – неторопливым баском произнес Хенрик, явно кому-то подражая. – Юрок, ты идешь с нами, поможешь мне с бабой побазарить. Я спрашиваю, ты переводишь. Ясно?
«Ну, хорошо хоть так», – подумал водитель и, тяжело вздохнув, сказал:
– Ясно.
– Миха стоит «на стреме» у входа, – продолжил инструктаж главарь. – Олесь у меня на подхвате. Если договоримся – уходим...
– Ты с любым договоришься, не только с бабой! – явно заискивая, сказал Миха.
Действительно, один только вид Хенрика делал покорными любых отморозков, поэтому осложнений от сегодняшней акции никто не ожидал.
– Если не договоримся, я ее вырубаю, – монотонно продолжил Хенрик. – Миха и Олесь грузят тело в багажник, и везем, куда я скажу. Это вариант номер два.
Юрок снова тяжело вздохнул. Вариант номер два ему активно не нравился. Зато Миха заметно оживился. В зеркальце заднего вида было видно, что он даже улыбается. Но инструктаж еще не закончился.
– Вариант номер три, – по-прежнему бесцветным голосом проговорил главарь. – Миха и Олесь месят ее на месте, пока не разговорится. Потом мы ее валим, труп оставляем, дом поджигаем...
– А трахнуть ее можно? – спросил то ли Миха, то ли Олесь.
– При третьем варианте – можно, – буднично отозвался Хенрик.
– Только я пойду в машину! – поспешно сказал Юрок. Внутри все захолодело. Третий вариант он вообще не воспринял.
– Не нужен будешь – пойдешь! – отрезал старший. – Когда я разрешу!
– Хенрик, а если кто-то придет, что делать будем? – поинтересовался Олесь.
– При первом варианте связываем. При втором и третьем – валим!
На лесной опушке открылся одинокий дом из темных досок, во дворе стоял черный джип.
– Она одна, – дрожащим голосом пояснил Юрок.
– Тачка классная, надо забрать, – подал голос сзади кто-то из хорьков.
– Забудь! – рыкнул Хенрик. – Мы не за этим приехали! Проезжай мимо, в лесок, нечего здесь светиться!
Юрок загнал машину в лес, остановился за кустами. Сзади зловеще щелкнули пистолетные затворы. Все четверо вылезли наружу. После прокуренного дешевыми сигаретами салона чистый европейский воздух пьянил, как затяжка хорошего гашиша. Да и предстоящее дело действовало на всех возбуждающе. На всех, кроме Юрка. Он еле передвигал ноги. Миха и Олесь нетерпеливо предвкушали «третий вариант». Дисциплинированный Хенрик, которому было совершенно все равно – мужика или женщину «вырубать», «месить» или «валить», пошел первым. Он тупо шел на привычную работу.
Инга Шерер, истинная арийка тридцати двух лет, обладала многими достоинствами, но умение готовить не входило в их число. Между тем сегодня вечером она пригласила на барбекю Ганса Бромбаха – добропорядочного сорокалетнего бюргера, живущего по соседству и давно уже оказывающего ей знаки внимания. Причем не ради работы либо каких-то иных своекорыстных интересов, а исключительно ради нее самой – ради ее улыбки, ее глаз, ее запахов, ее рук и ног... Инга это чувствовала очень отчетливо, и ей нравилось совершенно новое ощущение желанной женщины. К тому же Бромбах вполне состоявшийся, обеспеченный человек, созревший для того, чтобы создать семью. Так что сегодняшний ужин Инга рассматривала как очень важный экзамен и отнеслась к нему со всей мерой присущей ей ответственности.
С утра она съездила за семь километров в Айхен и накупила в огромном универсаме все необходимое: бараньи котлетки, свиные медальоны, говяжьи стейки, баварские и мюнхенские колбаски, приправы, мягкий хлеб, густое рейнское вино, древесные угли, сухой спирт и каминные спички. Вернувшись, она снарядила жаровню топливом, так что теперь ее можно было зажечь с одной спички. Оставалось самое трудное, но, в конце концов, не боги горшки обжигают!
Инга разложила мясо по сортам в эмалированные миски, поперчила, посолила, обильно смазала сладкой немецкой горчицей. Потом из кладовки достала набор для барбекю, который ей подарили сослуживцы в день рождения, но который до сих пор не покидал коробки, и разложила его содержимое на столе: невероятно острый с широким двадцатисантиметровым клинком нож из золингеровской стали, щипчики для мяса, огромная «умная» двузубая вилка, каждый зубец которой напоминал толстое сапожное шило. «Ум» нового прибора она тут же решила опробовать и по очереди воткнула вилку в каждый вид мяса. На маленьком дисплее в рукоятке появлялись надписи: «Свинина, 10°, сырое», «Баранина, 12°, сырое», «Говядина, 9°, сырое»...
Инга была в восторге: действительно умный прибор! Он точно покажет степень прожарки: появится надпись «средняя» – и можно снимать сочащееся розовым соком мясцо. А если Ганс любит без сока, надо дождаться надписи: «выше средней», – и никакой ошибки не будет!
Инга Шерер положила мясо в холодильник дожидаться своего часа, а набор вымыла и принялась насухо протирать белым, с красными полосками, полотенцем.
