Чуть открыв глаза, Роберт не сразу понял, где он очутился. Белый потолок, такие же белые стены… Не очень светлая, но в тоже время и не слишком мрачная комната. По бокам стен стояли серые шкафчики и капельницы. Понятно, значит, он до сих пор в больнице. Парень попытался сесть на край кровати, что у него без труда это вышло. Потирая глаза, он вспоминал события вчерашнего дня. Билл, ванна, залитая кровью, скорая помощь, врач, темнота… Да, теперь он точно вспомнил и ему точно не хотелось бы переживать подобное ещё раз. В этот момент заурчал живот, напоминая, что организм юноши истощен, но он старался не думать об этом — его интересовал совсем другой вопрос. Роберт, закрыв глаза, какое — то время просидел на краю кровати, но поддавшись желанию во всём разобраться, он встал, несмотря на усталость в ногах. Юноша надел своё пальто, висевшее на стуле неподалёку, и направился к дверям — в поисках хотя — бы единственного человека, способного всё ему объяснить.
Прогуливаясь по тёмному коридору, освещаемому одним только солнечным, но и то слабым светом из окна в самом конце коридора, юноша тщательно рассматривал каждую дверь. Но всё было столь незнакомым, что от неизвестности Роберт сбивался с цели своего поиска и переключался на то, чтобы найти палату своего брата. Но, скорее к счастью, нежели к сожалению, резко открывшаяся дверь и вылетевшая оттуда девушка, которая врезалась в юношу, отвлекли его от раздумий.
— Извините… — испуганным и тихим голосом проговорила оказавшаяся перед Робертом медсестра. На ней хорошо смотрелась аккуратно приглаженная медицинская форма; русые, слегка выбившиеся из пучка волосы падали на её красивое светлое лицо. Оглядев юношу сверху вниз, медсестра, по всей видимости, удивилась, но потом улыбнулась Роберту. — А я помню Вас: уважаемая врач поручила мне за Вами ухаживать… Вас кажется, Роберт зовут? То, что произошло с Вашим братом просто ужасно… Как Вы себя чувствуете?
— Прекрасно, спасибо за беспокойство, — учтиво ответил о ей, но, всё же растерявшись, прибавил первое, что пришло ему в голову. — Вас не затруднит показать мне палату лежит Уильяма Райт?
Неожиданно нахмурив лоб, девушка отрицательно покачала головой и проговорила в ответ:
— При всём моем уважении, к сожалению, на данный момент я не могу пустить Вас к Уильяму. Лучше пройдёмте с вами в кабинет врача, и он расскажет Вам все подробности, — медсестра опередила Роберта и повела его за собой.
Поднявшись на этаж раньше и пройдя до половины коридора, девушка остановилась напротив двери, выделявшейся от всех табличкой рядом с ней «Главный врач». Она постучалась в дверь и терпеливо ожидала ответа. Долго ждать не пришлось: через полминуты из— за двери послышался женский глухой голос, приглашающий войти внутрь. По голосу можно было определить, что его обладательницей была женщина примерно лет сорока. Медсестра дёрнула за ручку и дверь приоткрылась. Роберт в сопровождении девушки вошли в кабинет: перед ними предстала небольшая, но аккуратная и чистая комната с белыми стенами. Через светлые шторки чуть пробивался луч света и падал на стопку бумаги, сложенную на столе. Рядом с ними же размещался большой компьютер с принтером; за столом стояло кожаное кресло, на котором и правда сидела женщина на вид лет сорока с небольшими морщинками на лице в белом медицинском одеянии. Справа от стола стоял широкий шкаф с различными полками, каждому из которых был присвоен свой уникальный номер, а на каждой полке лежали медицинские документы. На противоположной стороне кабинета размещалась длинная кушетка с пакетом новых клеёнок. Медсестра слегка поклонилась врачу и, подставляя Роберту стул, стоящий неподалёку, а сама аккуратно села на край кушетки. Юноша слегка смутился, удившись, почему медсестра присутствовала на приёме вместе с ним.
— Джейн побудет здесь в качестве моего личного помощника, Вы об этом не беспокойтесь, она ознакомлена с ситуацией, — спокойно объяснила ему врач, видимо, прочитав недоумение в глазах юноши, и затем приступила к самому важному:
— Роберт Райт, вчера Вы упали в обморок из — за стрессовых переживаний. Благо, ничего серьёзного мы у Вас не обнаружили — переутомление и шок, — в одиноком светлом кабинете голос врача звучал глухо — Затем Вы крепко уснули, мы не стали тревожить. Но, поверьте, Вашему организму необходим хороший отдых для восстановления сил. На данный момент допуск в палату Уильяма категорически запрещён, — откашлявшись, она продолжала — Вашему брату ночью хуже, поэтому мы всеми силами боремся за его жизнь, и лишнее присутствие, если честно, будет отвлекать. Поверьте, мы обязательно сообщим Вам, когда ему станет лучше и станет более ясно, что с ним будет дальше, — убедительно окончила свою речь врач.
