Вторая книга цикла «Дивные берега», мгновенно завоевавшего любовь ценителей фэнтези со славянским колоритом.История Василисы, Кирши и Атли продолжается.Вмешательство богов, интриги, заговоры и любовный треугольник.Сочетание славянского колорита с элементами восточной эстетики.Василиса бросает волшебный клубок на землю, но… ничего не происходит. Она застряла в мире, напрочь лишенном магии. Все, что у нее осталось – сны о доме. Кирши во что бы то ни стало пытается разорвать клятву с Атли и стать свободным. Его путь лежит в Северные Земли. Атли в одиночку придется выступить против Совета и царя, чтобы отстоять независимость Гвардии. Но это не единственная проблема: нечисти становится все больше и она все ближе подбирается к Даргороду. Грядет беда, которая окажется куда страшнее борьбы за власть. Можно ли остановить зло, если черные крылья Аспида уже заслонили солнце?
© Кондрацкая Е., текст, 2022
© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2022
Кирши узнал Василису ещё до того, как она вошла в комнату. Сначала он услышал её шаги, лёгкие и быстрые, их звук разносился по коридору корпуса и становился всё громче и громче, пока не стих у его двери.
Кирши замер, боясь спугнуть невидимую тень чародейки, но сердце его радостно забилось, не веря, что ещё мгновение – и он снова увидит её.
Она не стучала – ворвалась в комнату, ослепительно красивая, румяная и запыхавшаяся от бега, в расстёгнутом кафтане и с распущенной косой. Кирши не мог поверить своим глазам, боялся пошевелиться, боялся приблизиться и прикоснуться – тогда она точно исчезнет, растворится, словно зыбкий утренний туман.
– Чего смотришь, будто мертвеца увидел? – Губы Василисы изогнулись в самодовольной улыбке.
Кирши вздрогнул. Это всё же была она! В один стремительный шаг он пересёк комнату и прижал Василису к себе. Тёплая! Живая и тёплая. Он собирал тонкий аромат с кожи, что пахла так же в тот день. Можжевельником и лавандой.
– Я так хотела тебя увидеть, – прошептала она, гладя его по спине.
Кирши закрыл глаза, стараясь запечатлеть этот момент в памяти. Её глаза, её руки, её тяжёлое дыхание.
– Извини, – прошептал он в ответ, – что не спас тебя.
Василиса вздрогнула и отстранилась. В глазах застыло удивление, губы раскрылись. По подбородку сбежала тонкая струйка крови.
– В следующий раз. – Кирши аккуратно вытер кровь и провернул нож, что вошёл Василисе в спину точно между рёбрами. – Лучше принимай форму кого-то живого.
Василиса зашипела, словно кошка, оттолкнула Кирши и отскочила. Черты лица её изменились, заострились и вытянулись. Комната покачнулась, зарябила и превратилась в заброшенную избу, засыпанную снегом. В дыру, оставшуюся от крыши, заглядывала подёрнутая дымкой облаков луна.
Василиса шипела и дёргалась, тщетно пытаясь дотянуться до ножа в спине. Нет, это уже была не Василиса. Длинные чёрные пальцы, словно лапки паука, царапали воздух в пяди от рукояти кинжала, лицо посерело, глаза смотрели на Кирши двумя красными угольками, нижняя челюсть отпала, вывалив на грудь длинный сизый язык. Такие же сизые волосы спутанными нитями волочились по полу.
Ночницы – то ещё мерзкое зрелище. Правда, большинству их жертв – слава богам – не приходилось видеть этих злобных тварей в истинной форме. Чтобы подобраться к добыче, ночницы насылали морок, принимая облики красавиц, любовников или близких – кого успевали ухватить из обрывков последних воспоминаний.
Кирши наклонил ножны, и катана выскользнула из них с тонким поющим звуком – клинок жаждал напитаться кровью.
Ночница вскинулась, оставила попытки достать нож и бросилась на Кирши. Когти полоснули воздух у самого лица, и Кирши одним движением отсёк ей пальцы.
Ночница завопила, и крик тут же оборвался – катана вонзилась в тело, разрубив его наискось – от бедра к плечу. Завершающим ударом Кирши снёс ночнице голову. Та, неуклюже шлёпая языком, полетела в снег. Но не успела голова достигнуть земли, как рассыпалась прахом, а за ней исчезло и всё тело. Нож, что прежде торчал из спины твари, глухо ударился о землю.
Кирши стряхнул с меча чёрную кровь, вытер лезвие и загнал обратно в ножны. Катана потяжелела, довольная сегодняшней добычей.
Подобрав нож и вернув его в ножны на поясе, Кирши вышел из избы, взял оставленный на плетне меховой плащ и набросил поверх кафтана. Заброшенная деревня тонула в снегу и темноте.
Воздух задрожал, и на плетне появился чёрный упитанный кот.
– Ать, как ты её! – встрепенулся Тирг. – Уродина какая – жуть! Язык, язык видал? Болтается, как жирный червяк!
– Мог бы и предупредить, что она поблизости, – проворчал Кирши.
– Да ты меня разве слушаешь? – Тирг почесал рваное ухо. – Я тебя с волколаком предупреждал? Предупреждал. А с упырём тем? Тебе лишь бы железкой своей помахать, да чем опаснее, тем лучше. И вообще, я домовой, а не сторожевой. Тебе надо, ты и глазей по сторонам.
Кирши не ответил. Он уже давно понял, что лучший способ заткнуть Тирга – перестать обращать на него внимание. А уж если начнёшь спорить – пиши пропало, домовой будет трещать, пока язык не отвалится.
– А в кого она для тебя обратилась? – спросил Тирг. – Ты её так обнимал, страхолюдину, что я думал, меня стошнит от этой вони.
– Да ни в кого, – пожал плечами Кирши. – Я ей подыграл, чтобы подобраться поближе.
– А-а-а, молодец. Это ты хитро придумал.
Ноги проваливались в снег, холодный ветер забирался под плащ и кусал лицо. Тирг прыгал по следам Кирши и брезгливо потряхивал лапами.
