– Оставаться с Марком. О нем ни родители, ни Влад, ни даже Авдей не знают. Я отправила голосовые на автоответчик, письмо написала, приложила фотографии (те, на которых нет Марка и непонятно, в каком месте они сделаны). Я попросила прощения у родителей и пообещала приехать к ним, но позже.
– Зачем тебе эта отсрочка?
– Мама меня поймет и поддержит. Я обязательно свяжусь с ней, и мы выработаем стратегию. Вместе мы сможем убедить отца. А я жду совершеннолетия. Через два месяца мне исполнится восемнадцать, и разговор с Борисом Алексеевичем пойдет иначе.
Конечно, Фая считала подругу полоумной. И пыталась вразумить, хоть и понимала: бесполезно. Сама она никогда бы не променяла богатую жизнь на жалкое существование в рыбацком домике. Но ей такой выбор и не предоставлялся, она же не принцесса!
Погода стояла сухая, теплая, что удивляло местных. Обычно в это время года шли дожди, завывали ветра.
– Ты озаряешь собой все вокруг, – улыбался Марк, прижимая Лизу к себе. На продавленном диване им и любилось сладко, и спалось.
– Я богиня света и тепла, – шутила в ответ Лиза.
– И у тебя есть паж. Видишь лучик, что пробивается через занавеску? Он волшебный.
– Знаю…
Она переворачивалась на спину и обводила взглядом комнату. Все в ней прекрасно в этом ласковом свете, а особенно картина. И в ее рамку вставлена их совместная фотография. Сделали ее наконец. Лиза порывалась напечатать еще хотя бы одну и отправить ее подруге Стелле, но пока руки до этого не доходили.
– Меня отчислят, – сказал Марк, вставая с кровати. Лиза могла любоваться его телом бесконечно, но он тут же одевался, потому что в домике было прохладно. – И если я не смогу откосить, то пойду весной в армию.
– Нет, не пойдешь.
– Сам не хочу.
– Я забеременею, и тебе дадут отсрочку. А там и второго родим.
– Рано нам еще о потомстве думать, сами дети. – Марк был в их паре ответственным за здравый смысл. Поэтому именно он предохранялся. – Давай вместе на теплоход работать устроимся? На крутой, что по Каспийскому морю ходит. Ты английский знаешь, тебя можно официанткой устроить.
– Обеими руками – за!
И тут в дверь заколотили.
– Кто? – крикнула Лиза. В домик частенько захаживали гости, обычно суровые мужики, друзья дяди Марка (именно он являлся владельцем этого строения), но прибегала и его младшая сестренка. Как ее отпускали одну на реку, у Лизы не укладывалось в голове.
– Свои, – послышался ответ. – Открывайте!
Марк нахмурился, не понял, кто это. Зато Лиза голос узнала и пулей вылетела из кровати.
На то, чтобы одеться, у нее ушло несколько секунд. Возможно, спичка бы дольше горела!
Когда Марк отворил дверь, Лиза стояла в джинсах, свитере, носках, с собранными в хвост волосами. Еще она успела закрыть смятое постельное белье покрывалом и схватить термос, в котором они с вечера заваривали травяной чай.
– Ну, здравствуйте, ребятишки! – пробасил Борис, ввалившись в домик. – Как поживаете? Не завшивели еще тут? Не одичали? Легкие не выкашляли? Дубак и грязища у вас, как я погляжу.
– Сейчас печку растоплю, будет тепло, – засуетился Марк. – А вы садитесь в кресло, мы его выбивали на днях. И полы вчера мыли, они просто обшарпанные…
Лиза не ждала ничего хорошего, поэтому молчала.
– Что у тебя там? – спросил отец, указав на термос.
Она налила в крышку чай и подала ему.
– Трава? На чай нет денег?
– Все у нас есть, – ответил ему Марк. – И чай, и деньги. Я нормально зарабатываю.
– Чем?
– Сейчас рыбной ловлей.
– Браконьерством то есть? А дочь моя домохозяйка?
– Давайте познакомимся? – мирно предложил Марк. Он не понимал, что его ничего не спасет. Борис еле сдерживается, чтобы не ударить наглеца, возомнившего себя достойным его принцессы. – Меня Марком зовут.
– Знаю, – процедил отец. – Не только имя, всю твою подноготную. – Он выплеснул настой в раковину. – На учете в детской комнате милиции стоял, свидетелем по делу об изнасиловании проходил… – Борис посмотрел на дочь. – Знала об этом? По кругу девочку с друзьями пустил, но смог отказаться.
– Неправда! – вскричал Марк. – Меня вообще там не было! И девочка эта совсем не девочка. Сама всем себя предлагала, а когда залетела, решила женить на себе одного из ребят. Кто последний – тот отец! Им оказался мой одноклассник, и он не хотел брать ее в жены, как и остальные, тогда она заявление написала, а я решил помочь ребятам…
– Заткнись, – не повышая голоса, оборвал его Борис. – Ты крысеныш помойный, который вечно будет в объедках копошиться. Моя дочь достойна большего.
– Я сделаю все, чтобы Лиза ни в чем не нуждалась. – Марк подошел к ней и взял за руку. – Мы, крысеныши, существа выносливые, башковитые и целеустремленные. Вы тому подтверждение!
– Чего?
– Сами не голубых кровей, Борис Алексеевич. И не безупречной репутации. Не вам меня за юношеские проступки отчитывать.
Отец сжал кулак, но смог себя сдержать. Если бы Лизы не было, Борис точно избил бы Марка. Но при дочери он не мог распускать руки…
– Выйдем, – бросил он ей.
– Я останусь тут, с Марком, – ответила она хрипло. – И ты не заставишь меня вернуться в Москву.
– Выйдем, – повторил отец.
