Она не знала, сколько времени прошло с тех пор, как он ел в последний раз. Гермиона видела его нетронутый поднос в камере, когда пришла. Сперва она решила, что это из-за вчерашней истории с Личером, но после его ухода из дома предположила, что Малфой мог нервничать из-за встречи, которую ему предстояло провести сегодня. Ведь нужно было не только увидеться с кем-то, кто когда-то был другом, но и сообщить об отсутствии успеха Возрождению. И каким бы ни было выражение его лица, это было нечто большее, чем обычное проявление эмоций.
Малфой остановился перед ванной, спиной к ней.
— Я приготовлю пасту.
Дом был забит продуктами, но прошло уже достаточно времени с тех пор, как она проверяла срок их годности. Однако Гермиона помнила, что вносила макароны в список закупок для авроров, и надеялась, что они не забыли о кастрюлях и сковородках. Они должны были быть где-то в шкафах.
Малфой издал неопределенный звук, прежде чем зайти в ванную, и дверь со щелчком захлопнулась. Несколько секунд она прислушивалась к шарканию ног и шороху одежды, а потом обернулась к шкафам в поисках необходимых ингредиентов.
Гермиона открыла кран, наполняя кастрюлю водой. Она тоже была голодна, потому что ее единственным приемом пищи стало яблоко, съеденное несколько часов назад, но сама мысль о совместном ужине с Малфоем была странной. Конечно, она видела, как он ел за столом в Большом зале, и что-то жевал, прогуливаясь по коридорам Хогвартса. Но сидеть рядом и вместе есть — в этом было что-то интимное.
В ванной было тихо. Гермиона поставила кастрюлю на плиту, наблюдая, как конфорка вспыхнула красным, а затем решила открыть банку с соусом, чтобы чем-нибудь себя занять.
— Как прошла встреча? — крикнула Гермиона, чувствуя, что ее любопытство растет с каждой секундой.
— Это уже официальный допрос?
Она покрутила крышку банки на столешнице, глядя на прилипший к ней соус.
— Тогда в общих чертах.
— Ты…ожидаемо.
Ожидаемо? Она ожидала многого, так что вряд ли одного этого слова было достаточно в качестве ответа. Забини, должно быть, отказался присоединиться, и Возрождению это не понравилось. Его ответ не раскрывал как минимум дюжину более мелких деталей, о которых она постоянно думала в течение последних дней.
Гермиона оглянулась через плечо, когда услышала, как открывается дверь, и встретилась взглядом с Малфоем, прежде чем тот направился к столу. Остальное она вытянет из него в Азкабане, так что ей придется подождать. Малфой все равно ненавидел повторяться, и Гермионе тоже не нравилось, когда ему приходилось повторяться, потому что она чувствовала себя идиоткой, которая не может усвоить информацию с первого раза.
Вода слишком долго закипала. К тому моменту, когда паста была готова, а соус замешан, она должно быть простояла в тишине уже целый час. А от осознания, что Малфой все это время наблюдал за ней, становилось только хуже.
Гермиона была слишком погружена в свои мысли о сегодняшней встрече, чтобы подумать о том, что он мог бы обслужить себя сам. Но осознала это только тогда, когда уже поставила перед ним тарелку и приборы и встретилась с ним взглядом. Его плечи были слегка повернуты к ней, и она на всякий случай поудобнее перехватила палочку, чтобы быть готовой, если он что-то задумал.
— Если хочешь пить, стаканы в третьем шкафчике, можешь налить воды из-под крана.
Она открыла портфель, достала папку, два листа пергамента и ручку. Отодвинув стул назад настолько, чтобы оставить зазор между ногами и краем стола, она села, балансируя с бумагами на коленях.
Гермиона дошла до середины третьего абзаца, прежде чем услышала, как вилка царапнула стол.
3 августа, 14:40
Глаза Гермионы широко распахнулись, когда она одной рукой отбросила одеяло назад, в то время как другая врезалась в стену. Ее ладонь покалывало, она оттолкнулась от кровати и вскочила на ноги, хватая с тумбочки книгу. Сузив глаза, она осмотрела каждую полку своего книжного шкафа, стену с фотографиями их трио, а также с ней и ее родителями — подпись внизу гласила, что Гермиона «Лучшая дочь в мире». Она снова повернулась — еще одна полка была заполнена безделушками из Хогвартса и отпусков, рядом висел в рамке ее аттестат с баллами по ЖАБА. Ее взгляд снова метнулся к глухой стене, с которой взлетела маленькая черная муха.
Бзз, бзза, бзззз, муха полетела в ее сторону, и Гермиона замахнулась книгой. Бз, бз, бззз, доносилось над ухом, пока Гермиона пыталась уснуть. Она уже почти погрузилась в сон, находясь на границе яви и сновидений, плывущих затененными, туманными образами под ее веками, когда новое бзза вернуло ее обратно в реальность.
Гермиона снова замахнулась книгой, но судя по очередному жужжанию промазала. Ее взгляд метнулся в угол, снова по стенам, потолку, полу, но источника звука нигде не было видно.
