Малфой свернул в другой коридор, и Гермиона коротко облегченно выдохнула, хотя она все еще слышала чей-то крик и чувствовала гнилую, серную вонь Темной магии. Он с силой распахнул дверь и мгновенно выбросил руку, чтобы предупредить удар полотна о стену. Гермиона последовала за ним, отмечая краем глаза унитаз, прежде чем Малфой обернулся.
Его ладонь прошла сквозь ее плечо, когда он сделал шаг вперед и двумя руками захлопнул дверь. Дыхание Гермионы замерло в горячем, пересохшем горле, потому что Малфой в воспоминании опустил голову к ее лицу, и сам начал часто и судорожно дышать: вдох, выдох, вдох, выдох, вдохвыдохвдохвыдохвдохвыдохвдохвыдох…Не моргая, она потянулась пальцами к… чтобы ничего не сделать. По его лбу стекла капля пота, глаза закрылись… а затем воспоминание оборвалось, выталкивая Гермиону из Омута памяти.
2 сентября, 06:44
Гермиона выхватила палочку и резко обернулась — ее глаза были широко раскрыты, а с языка готовы слететь первые слоги заклятия. Позади нее не было ничего кроме бледно-желтой кухонной стены, и она сделала медленный круг, а затем еще один быстрее, чувствуя пульсацию адреналина в крови.
4 сентября, 04:13
Ночью спустился туман, небо напоминало разорванное и дырявое одеяло, под которым Гермиона любила прятаться с головой в детстве, наблюдая, как свет падает на ее кожу. Она снова перевела глаза на Малфоя, встречаясь с ним взглядом.
— Ты когда-нибудь думал об инопланетянах? О существах с другой планеты?
— Я знаю, кто такие инопланетяне, Грейнджер.
— Я думаю, что глупо полагать, что во всей этой огромной Вселенной нет хотя бы еще одной планеты, похожей на Землю, где живут разумные существа. При мысли об этом я ощущаю себя маленькой песчинкой.
— То есть ты чувствовала бы себя более значимой, предполагая, что Земля уникальна?
Она не знала, было ли это оскорблением с его стороны.
— Наш мир большой, но ты все равно можешь оставить в нем след. Твоя жизнь все еще может иметь какое-то значение в более широком масштабе. Но она никогда ничего не будет значить где-то там.
— Гермиона Грейнджер намерена добиться вселенского господства.
Она фыркнула.
— Я даже мирового господства не хочу. Я просто хочу делать хорошие вещи, которые могу сделать, потому что кто-то должен. Потому что, если бы мы все делали то, что могли, мир был бы намного лучше.
— Ты носила свой значок старосты так, как будто он давал тебе право задирать нос, и размахивала рукой как победным флагом на каждый вопрос профессора. Ты кайфовала от получаемого признания.
Гермиона снова перевела взгляд с неба на Малфоя.
— Я ценю признание за тяжелую работу, но не требую его. Я не выпрыгиваю из штанов, рассказывая о своем богатстве, статусе или о том, что я лучше всех, как это делаешь ты.
— Выпрыгиваю из штанов?
— Надуваешь щеки, неважно.
Динь…динь.
— Это было давным-давно.
Десятилетия назад. Целую жизнь, может быть.
— Чтобы ты делал?
Глаза Малфоя метнулись к ней поверх ее головы, и он приподнял бледную бровь.
— Конкретизируй.
— Если бы появились инопланетяне. Если бы они просто… прилетели на своем космическом корабле, приземлились на берег и вышли.
Гермиона услышала, как его ноги царапнули по днищу лодки, но быстрый взгляд в сторону макушки показал, что он остался на том же месте, где и был. Она перевела глаза на линию из трех ярких звезд, пытаясь вспомнить, частью какого созвездия те являлись.
— Я бы продолжал жить своей жизнью, время от времени читая отчеты об экспериментах и исследованиях Министерства. Протестные группы, которые хотели бы, чтобы инопланетян отправили обратно на их собственную планету, воевали бы с протестными группами, которые выступали бы за то, чтобы они остались. Затем, через несколько лет, я прочитал бы о твоей организации с ужасной аббревиатурой, призванной спасти их всех от предубеждений.
Гермиона снова перевела взгляд со звезд на Малфоя, поняв, что ее рот непроизвольно растянулся в улыбке, только когда тот скользнул взглядом к ее губам.
— Возможно, ты прав. Хотя я усвоила урок с Г.А.В.Н.Э. Как бы мне ни хотелось верить, что мир поступит правильно, скорее всего, этого не случится. По крайней мере, не весь.
— Даже не половина.
— Это… Знаешь, многие люди говорят о том, как это было бы потрясающе, и как многому мы могли бы у них научиться, и какие интересные вещи они могли бы привнести — лишь бы никому не навредили. Но тогда стоит пристальнее посмотреть на наш мир, в котором мы ненавидим целые группы людей, потому что у них другая кровь или религия, или раса, или сексуальная ориентация… те вещи, которые в большинстве своем безобидны. Не наносят ущерба в целом и уж точно не больше того, что причиняют радикалы.
— Есть группы, созданные с целью избавить мир от других людей. Они…
