– Вы его не слушайте, Сергей, – вмешался Келюс. – Компания у нас самая распрекрасная. Так что там, Лер?
«Лер» было давним студенческим прозвищем бородача, которое оба они уже успели подзабыть. Валерий секунду-другую соображал, к кому это обращаются, затем мотнул головой.
– В общем, худо. Вот твой рюкзак, архаровец. Ольга, ваш свитер… Сергей захватил даже спальник, но думаю, он нам ни к чему…
– За вами это, – перебил Семин. – Какой-то мужик в плаще и шляпе, говорит, ваш приятель…
– Сиплый? – вскинулся Келюс. – Голос у него такой странный…
– Голос – это точно! Говорит, словно его душат. С ним еще трое пацанов, один в черной куртке. Нервные такие!..
Николай кивнул, узнавая из этого краткого описания своих странных знакомых с обостренным чувством классовой ненависти.
– А пятым там Дурилка, – закончил Валерий. – Видать, и вправду стукачок! По-моему, у этого Сиплого пара револьверов в карманах, да и у пацанвы тоже. Бизон, молодец, сразу сообразил – шепнул, чтоб я вас предупредил. Я сказал, что вы с Ольгой к морю пошли, так что у нас есть полчаса… Ай да Дурилка. Вот сука поганая!..
– Валерий! – укоризненно произнесла Ольга, и тот смущенно умолк.
– Как нам лучше уходить? – поинтересовался Келюс, плохо знавший местную географию.
– На дорогу нам не выйти, – бородач быстро оглянулся, – придется идти через лагерь. Разве что напрямую, через лес…
– Там болото, – прервал его Семин, – ночью не пройти.
– Плохо. Есть еще одна дорога, мимо горы, но там обрыв – и море. Найдут, даже ночью…
– Пересидим в лесу, – предложил Семин, – я вот и спальник для вас, Ольга, захватил. А как будет рассветать, я переведу вас через болото на трассу.
– У тех машина, – возразил Валерий. – Правда, в начале шестого будет рейсовый автобус. Если сразу туда…
– Точно, – одобрил лаборант. – Пошли, что ли? Тут чуть дальше места глухие, сам еле дорогу нахожу.
– Я готова, – сказала Ольга и поправила куртку. – Пойдемте, Николай?
Келюс задумался.
– Нет, в лесу не отсидимся. Смотрите! Он кивнул в дальний угол поляны, где из мрака проступили несколько темных, еле различимых силуэтов.
– Собаки, – удивился Валерий. – Странно… Ну ладно, собаки, и что?
– Нас уже нашли. – Лунин помотал головой, пытаясь сбросить мгновенно навалившуюся тяжесть. – Они пойдут следом…
– Да ну тебя! – возмутился археолог. – Бродячих собак испугался, орел!
Келюс пожал плечами. Доказывать свою правоту не было ни времени, ни сил.
– Плохие собаки. – Сергей внимательно всмотрелся, покачал головой. – Таких тут не было. В лесу оставаться нельзя.
– Тогда на гору, – предложил Валерий, – к замку братьев-разбойников. Туда они ночью дороги не найдут. Ах, черт, ведь с ними Дурилка, он-то дорогу знает. Но все равно…
– Спрячьте Ольгу, – устало произнес Келюс, доставая из рюкзака оружие, – а я останусь здесь. Поглядим, бином!..
– Ишь, снайпер! – хмыкнул бородач. – А у меня, думаешь, что – рогатка?
Он распахнул штормовку, продемонстрировав прикрепленную к поясу кобуру.
– Вместе пойдем, – решительно заявил Семин. – Ничего, отсидимся!
Келюс пожал плечами, решив не спорить, и поднял с земли рюкзак.
Маленький отряд углубился в лес. Тропинка сразу же резко пошла вверх, длинноногий Сергей шел быстро и уверенно, остальным же приходилось почти бежать. Тропа петляла, под ноги лезли то камни, то изогнутые корни, и Келюс, чувствуя, что Ольга начинает сдавать, подхватил ее под руку.
– Ничего, – шепнула девушка, с трудом перевода дыхание, – дойду… Николай, зачем вы опять говорили, что хотите остаться один? Это нечестно! Это…
– Извините, Ольга, – проговорил Келюс, старательно вглядываясь в еле заметную тропку, – просто устал… Вскоре им стало не до разговоров. Подъем стал еще круче, затем тропа уткнулась в земляную стенку, по которой пришлось подниматься, ставя ноги в неглубокие выбоины. Ольга совсем выбилась из сил, и Лунин еле втащил ее наверх. Теперь вершина была совсем близко. Лагерь, заметный по темно-красному пятнышку костра, остался далеко внизу, слева тускло мерцало неровное зеркало моря, а справа, чуть выше по склону, возвышалась полуразрушенная громада замка. Деревья остались позади, все покрывала высокая трава, лишь кое-где темнели небольшие заросли колючего кустарника.
Тропинка становилась уже и забиралась все выше. Николай сообразил, что дорога эта – единственная. Братья ди Гуаск знали, где строить свое разбойничье гнездо. Наконец тропа уткнулась в огромный развал камней, Сергей остановился и махнул рукой. Они были у цели – далеко внизу тускло светилось море, сзади темнел обрыв, а прямо перед ними ползли вверх неровные ряды старинной кладки.
Над горизонтом вставал тонкий бледный серп Луны. Неяркий свет падал на черное одеяло леса, серебристую неровную поверхность моря и голые вершины серых киммерийских гор. На Чабан-Кермене было тихо, не трещали даже вездесущие крымские цикады. Келюс, Валерий и Семин сидели у груды камней неподалеку от полуразрушенной стены. Ольга, никогда не бывавшая на вершине ночью, отправилась к подножию башни. Между тем Валерий излагал свой стратегический план.
