— Добавлю еще вот что, — сказал Стентон, — шериф Хаскелл был в очень трудном положении, когда я его спросил, кто убил моего брата. Со своей стороны я, понятно, не могу спрашивать об этом всех подряд, ибо я не хочу нажить себе врагов среди тех, кто невиновен. Но вас я могу спросить совершенно серьезно: кто же все-таки убил Джейса?
— Я не знаю, — пробормотал Табор.
— Ах так! — воскликнул Стентон. — Вот и место, где должны состояться похороны. Я вижу, машин немного, похороны очень скромные, так как их не афишировали. Подождите, не спешите. Перед тем как мы пойдем, не могли бы вы мне сказать, где я могу опубликовать свою музыку? Я хотел бы иметь лучшего издателя, но не могу вспомнить их имена, они мне были известны еще в ранней молодости. Я хочу опубликовать несколько струнных квинтетов. Вы, не будете так любезны назвать мне имя и адрес лучшего музыкального издателя?
Эван Табор резко затормозил на маленькой стоянке и стремительно пошел на кладбище, не слушая своего пассажира.
Джордж Кивер остановил пикап, принадлежащий «Голубому Джеку», возле виллы Коннерли.
Из двери вышла миссис Свенсон, экономка Коннерли, одетая в черное.
— Возможно вам понадобится моя машина, — сказал Кивер. — Разрешите, я поговорю с мистером Стентоном.
— Его нет, он недавно ушел, — сказала она, содрогаясь от слез. — Но здесь Джон.
Появился Джон и встал у двери сзади женщины.
— Что вы хотите? — спросил он грубо.
— Я приехал предложить вам свою машину для поездки на похороны, — ответил Кивер, возмущенный тоном молодого человека. — Я еду сейчас, хотите я вас подвезу?
— Нет.
— Пользуясь тем, что я здесь, хочу высказать своё мнение, что рестораны нуждаются в руководстве. У меня есть определенный опыт в этом деле, я готов всячески помогать вам. Я уже думал об этом.
— Джон поднялся на ступеньку и сказал:
— Я не нуждаюсь в вашей помощи. Если мой отец был ненормальный и проигрывал рестораны, как какую-то безделушку, то я не такой! А сейчас оставьте меня, уходите прочь с моих глаз!
Джордж Кивер затрясся от гнева, его лицо сморщилось от злобы. Тут он вовремя вспомнил, что Джон — боксер-профессионал, медленно повернулся к машине, сел в нее и уехал.
Полицейская машина выехала на проспект, ведущий к частной клинике в Пьернаке, и остановилась около резиденции доктора Вайта.
Из машины вышел элегантно одетый мужчина среднего роста, это был инспектор Хопп из департамента уголовной полиции. Он позвонил, ему открыли, он вошел; в небольшую приемную.
— Хэлло, Вайт! — дружески поприветствовал он появившегося доктора и протянул ему руку. — Каждый раз, когда вижу эту обстановку, я начинаю завидовать твоей светлой голове.
— У тебя тоже светлая голова, Хопп, — сказал доктор. — Ну и как ты хочешь использовать меня на этот раз?
— Очень и очень разнообразно! — воскликнул инспектор, предпринимая попытку атаковать своего приятеля.
— У тебя есть время посидеть со мной? — спросил Байт.
— Да есть, но не предлагай мне выпить, так как я хочу, если удастся, сегодня побывать на похоронах. Но прежде я хотел повидаться с тобой. Я слышал, что Франсуаза Бриджеман, эта очаровательная женщина, уже консультировалась с доктором Байтом.
— Да, я ее врач, — сказал Вайт. — Но мое вмешательство исключено в том случае, если ее обвинят в убийстве Джейса Коннерли. Тебе докладывали об этом?
— Да, — сказал инспектор. — Я и не знал, что ты ее поручитель, но, мне кажется, это один из тех случаев, когда ты выбрасываешь деньги на ветер. Думаю, ты не будешь со мной спорить.
— Это самое лучшее, что может быть для меня, — улыбнулся медик. — Меня интересует это происшествие, я отвечу на все твои вопросы и расскажу тебе все, что знаю, с большим удовольствием.
— Не подавляй меня такой предупредительностью! — воскликнул инспектор, шутливо хмуря брови:
— Очень хорошо, — сказал Вайт, — расскажи мне, что ты узнал о Франсуазе Бриджман, и затем скажи, что именно хочешь услышать от меня.