– Тогда, думаю, тебе придется пойти со мной, – почувствовав, что она вырывалась, я обхватил ее за предплечье. – Ты останешься рядом со мной, пока я не решу, что с тобой дальше делать.
– Вы убьете меня?
Я издал холодный смешок.
– Я, конечно, жестокий сукин сын, но слишком ленив для того, чтобы напрягаться и спасать ребенка только ради того, чтобы потом передумать и убить его самому. В этом вообще может быть смысл?
– Тогда вы... продадите меня?
Остановившись прямо перед дверью, я развернулся и уставился на Хэдли сверху-вниз. Ее итак большие карие глаза расширились, когда я подошел к ней вплотную.
– Я, по-твоему, похож на какого-то больного ублюдка?
– Вы же из однопроцентного клуба [10], верно?
– Я стопроцентное зло, но не использую для своих дел чертовых детей.
– Вы меня похитили, – она шмыгнула носом.
– Нет, малышка, я уверен, черт побери, что спас тебя.
– Вы. Убили. Моего. Парня, – по ее щекам снова покатились слезы.
– Твой парень был куском дерьма. Тебе невероятно повезло, что я пришел именно в тот момент. Этот ублюдок собирался сделать тебе очень больно.
– Может, меня все устраивало, – бросила она с фальшивой бравадой, вскинув подбородок.
– Тогда ты еще одна тупая, безмозглая сучка, находящаяся в вечном поиске члена, чтобы время от времени получать хороший трах. Я плохо переношу лжецов. С этим ты разберешься очень быстро. Спросишь моих ребят, что у нас положено за ложь. Я много раз бил за нее ремнем по заднице своего племянника. И не думай, что тебя тронуть не посмею.
– Вы мне не отец, – она смотрела на меня изумленно.
– Пока ты не скажешь мне, кто он, чтобы я мог оставить твою неблагодарную задницу на пороге отчего дома, я буду исполнять его чертовы обязанности. А теперь быстро топай внутрь, пока не простудилась.
Я, Энимал, Страж и Фильтр сидели за столом с большой бутылкой виски, которую то и дело передавали туда-сюда, пытаясь обдумать, куда, черт возьми, мог пойти Патнэм. Энимал будет держать ухо востро, пока этот ублюдок не вынырнет на поверхность. И когда Патнэм это сделает, лучше ему быть живым. Я щедро заплачу Энималу, и он это знал.
Из соседнего помещения гремела музыка, наши отделения веселились по случаю уничтожения большей части МК «Ревущая река». Однако мой взгляд то и дело возвращался к ванне, где я последний раз видел Хэдли. Я уже все проверил. Там не было окон и еще каких-либо лазеек, так что она не могла сбежать оттуда. Просто решила сидеть там целую вечность.
Поймав пристальный взгляд Стража, я выгнул бровь. Он поджал губы. Тяжело вздохнув, брат опустошил свой стакан с янтарной жидкостью и поднялся из-за стола.
– Мы можем поговорить минутку? – спросил Страж.
Я повторил его действия, опрокинув в себя стакан и с наслаждением ощутив, как обожгло внутренности. Страж направился в сторону гостиной недалеко от ванной, и я последовал за ним, держа так интересовавшую меня дверь в поле зрения.
– Ты в порядке, приятель? – Страж сжал мое плечо. – Что бы ни случилось, ты мой брат. Я помню... знаю, как это дерьмо безвозвратно тебя изменило.
– О, ты так считаешь? – я скрипнул зубами.
– Эта девчонка – не Блэр.
– Скажи мне что-то, чего я не знаю.
Он разочарованно фыркнул.
– Ты носишься с ней так, будто она твоя.
– Пока так и есть.
– Ты не сможешь заменить дочь.
Огонь алкоголя, прожигавший меня насквозь, стал гребаным пожаром. Я схватил брата за лацканы рубашки и прижал к стене рядом с дверью в ванную.
– А кто, мать твою, тут говорил о том, что я пытаюсь заменить мою малышку?
– Никто, – огрызнулся в ответ Страж. – Но об этом кричит выражение твоего лица. Оно безумное, черт бы тебя побрал.
Я стиснул зубы.
– Не заставляй меня надирать тебе задницу сегодня. Я итак не в настроении.
– Конечно же, нет, – усмехнулся он. – Ты в настроении поиграть в дом. Тебе нужно оставить эту девушку в покое. Позволь мне забрать ее и отвезти домой.
Дверь ванной вдруг распахнулась, и вышла Хэдли. Она приняла душ и оделась в одежду какой-то клубной сучки. С нее больше не капала кровь, а макияжа и вовсе не было. Черт. Она выглядела моложе. Более невинной. Больше похожей на Блэр.
– Я не могу вернуться домой, – прошептала она. – Я... просто не могу.
– Милая, – начал Страж, но Хэдли покачала головой.
– Просто позвольте мне уйти, я сама справлюсь, – проговорила она таким чопорным тоном настоящей стервы, будто привыкла раздавать приказы, а все должны были ей кланяться. Я понятия не имел, из какого мира она пришла и где была принцессой. Но здесь я был гребаным королем. И мое слово тут закон. Значит, ее задница никуда отсюда не денется.
– Нет, – я обхватил ее тонкое запястье. – Давай найдем место, где сможем переночевать. Завтра подумаем, что делать дальше.
