Сторми погладила меня по волосам и поджала губы. Ее явно раздирали какие-то внутренние противоречия, она пыталась принять решение, но я не понимала, в чем дело.
– Я не смогу вытащить тебя отсюда прямо сейчас, – с болью в голосе, наконец, выдохнула она. – Еще не время.
– Они убьют тебя, если попытаешься, – предупредила я ее. – Ты же знаешь, какими они могут быть сумасшедшими. Даже Фильтр.
Я думала, Сторми обидится или начнет спорить, но она лишь кивнула.
– Я знаю, милая. Знаю.
Дверь в спальню резко распахнулась. Внутрь вошли мужчины, стройным рядом направившись к ванной. Сторми встала передо мной, явно готовясь защищать. Если бы ситуация не казалась такой дерьмовой, я бы даже обняла ее за это.
Койн выглядел невероятно жестоким и смотрел на меня сверху-вниз с ненавистью. По бокам от него стояли Фильтр и Святоша.
– Вставай, – приказал он ледяным тоном.
– Ей нездоровится, – огрызнулась Сторми.
Фильтр прищурился, посмотрев на нее, и стиснул зубы. Святоша наблюдал с холодным безразличием.
– Мне плевать, – рыкнул Койн. – Я сказал: вставай, мать твою. Ты сейчас же вернешься на скотобойню, как последний кусок дженвортского дерьма, которым и являешься.
– Нет! – воскликнула Сторми и толкнула его в грудь. – Ты не можешь так с ней поступить!
Я поднялась на дрожащих ногах и обхватила себя руками за талию. Мне не хотелось, чтобы Сторми из-за меня пострадала.
– Фильтр, убери свою сучку, прежде чем я сделаю что-то, что тебя разозлит, – предупредил Койн. – Сейчас же, черт тебя задери.
Фильтр схватил Сторми и прижал ее к своей груди. Она принялась брыкаться и шипеть, пытаясь вырваться.
– Черт, да успокойся ты, – рыкнул Фильтр.
– Она беременна от тебя, Койн. Помни об этом, когда решишь использовать ее в своей гребаной игре мщения, – выплюнула Сторми, уставившись на него.
Лицо Койна стало бесстрастным, когда он посмотрел на меня. Его взгляд принялся блуждать по моему телу и остановился на животе. Затем наши с ним взгляды встретились.
– Это правда?
Я стиснула зубы и пожала плечами.
Карие глаза Койна сверкнули яростью.
– Выйдите все.
Святоша тут же ушел, а Фильтру пришлось силой вытаскивать Сторми. Я провожала их взглядом, а когда снова посмотрела в глаза Койна, то вздрогнула.
– Думаешь, это избавит тебя от исполнения роли в моей плане?
К глазам снова подступили слезы. Мне просто хотелось, чтобы он перестал нести эту чушь. Хотелось, чтобы Койн обнял меня и заверил, что все будет хорошо. По щеке скатилась одинокая слеза и упала с подбородка.
Койн медленно подошел ко мне, а потом сорвал с меня толстовку. Я вскрикнула от шока, когда он схватил меня за плечи и развернул к зеркалу. Стоя позади в своем байкерском наряде, Койн казался каким-то демоном, посланным за мной, чтобы забрать в ад, откуда был родом. Он провел пальцами по моим рукам, а потом накрыл ладонями живот.
– Беременна, – это не было вопросом. Скорее утверждение. Его голос был таким холодным, а поведение столь отстраненным, что я никак не могла понять, как Койн отнесся к этой новости. – От меня.
– От тебя, – по спине прошла дрожь.
– Это ничего не изменит, – прорычал вдруг он и обхватил ладонями мою грудь. – Ты дочка Дженворта.
Но я не хотела ею быть.
Нижняя губа задрожала. Койн ущипнул меня за соски, и у меня перехватило дыхание.
– А сейчас я могу тебя трахнуть, ведь ты моя прекрасная пленница. Полностью в моей власти.
Несколько минут назад я горел решимостью.
Использовать. Брать. Разрушать.
Это ведь справедливо. Она – дочь Дженворта. Мне нужно было вернуть ему все в десятикратном размере. Однако Хэдли что-то со мной делала. В голову словно пробирались черви, поедая весь здравый смысл. При виде нее я забывал все на свете. Видел лишь Хэдли.
Хрупкую. Похудевшую. Печальную.
В груди поселилась боль, словно разрывая меня изнутри.
Почему?
Почему она так на меня действовала?
Гнев поднял свою уродливую голову, но тут же рассеялся в тот момент, когда Хэдли прикусила нижнюю губу, ее большие карие глаза блестели от слез. Такая невинная.
Как Блэр.
Моя дочь была такой же чистой.
Я никак не мог примирить образ стоявшей передо мной женщины с тем, кем она в действительности была.
«Дженворт».
Несмотря на все злые слова, которые я произнес ранее, Хэдли положила голову мне на грудь. Эта девочка искала утешения в объятиях монстра. Но почему? Хэдли ведь дочь миллиардера. Я держал в руках богатейшую принцессу, а она казалась вполне довольной тем, что здесь находилась. Хэдли чуть склонила голову набок, и я был буквально заворожен обнаженной кожей ее шеи. Мой член затвердел. Покорный своей природе. Предлагая мне завладеть нежными изгибами. Как хищник, которым и являлся, я провел носом по мягкой плоти и вдохнул неповторимый аромат, которого мне не хватало уже два месяца. Прикрыв глаза, я принюхался к ее волосам.
«Мед».
Она пахла медом, и мне хотелось поглотить каждую сладостную часть ее тела.
– Койн, – выдохнула Хэдли так тихо, что я едва услышал, – мне страшно.
