Я поглядела на него косо: странное начало для объявления о разрыве отношений. Но все-таки хоть какая-то подсказка.
И я повиновалась: – Он говорит, что он вас любит.
– Хорошо. И я его тоже.
– И она тебя тоже, – шепнула я Лестеру.
– Я не приеду в Бойсе, – прошептал он в ответ.
– Но… он не приедет в Бойсе.
– Что-о? Почему?
– Что-о? Почему? – повторила я.
– Потому что я тебя люблю, – прошептал он.
– Потому что он вас любит.
– Что-что, повтори?
– Что-что, повтори?
– Я ее люблю. Но мы не будем счастливы вместе. У нас просто ничего не получится. Так что я не приеду.
– Он вас любит. Но вы не будете счастливы вместе. У вас просто ничего не получится. Так что… Он не приедет.
На том конце воцарилось молчание: довольно долгое и довольно напряженное, как мне показалось.
– Нет. – Вот что она в конце концов сказала. Я раскрыла рот. И снова закрыла. Не знала, как тут реагировать. – Нет. Он этого не сделает. Как он может… Рвать со мной отношения. По телефону. Через какую-то малявку. Нет.
Лестер посмотрел на меня, дожидаясь пересказа.
Я пожала плечами:
– Она говорит «нет».
Он скривился:
– Скажи ей, что я ее люблю.
Я покачала головой: – Ты это уже говорил. Придумай что-нибудь другое.
– Ох. Скажи ей, что я прошу прощения.
– Он просит прощения.
– И я хочу, чтобы она была счастлива.
– И он хочет, чтобы вы были счастливы.
– Потому что я ее люблю.
– Потому что он вас любит.
– Но я не буду счастлив без музыки. А она не будет счастлива с музыкантом.
– Но он не будет счастлив без своей музыки. А вы не будете счастливы с музыкантом.
Я услышала в телефоне тяжелые вздохи. Такие бывают, когда плачешь.
– Я и сама знаю. Знаю. Но я же его люблю. Очень-очень. По-настоящему.
Голос у нее был несчастный, обиженный, и мне стало стыдно за то, что я когда-то думала про Тэмми плохо.
– Но она тебя любит. По-настоящему. Очень.
Глаза Лестера снова налились слезами, губы задрожали. Я слегка засомневалась, что ему стоит сейчас управлять автобусом.
– Я тоже ее люблю. Вот почему мы должны так поступить. Силы нашей любви должно хватить на то, чтобы расстаться.
– Он вас тоже любит. Вот почему вы оба должны так поступить. Силы вашей любви – вас обоих – должно хватить на то, чтобы расстаться.
Тэмми всхлипнула:
– Господи ты боже мой. Какие дурацкие слова.
– Ага, – согласилась я. – Типа того.
– Но, может, в них есть своя правда.
– Ага.
Телефон долго, прерывисто дышал.
– Господи, какой кошмар.
– Я знаю, Тэмми. Я вам сочувствую.
– Вообще-то я, наверно, предчувствовала, к чему все идет. Просто не хотела верить. Потому что я его так сильно люблю. Но… тут, наверно… иногда можешь любить так сильно, что можешь не замечать всего, что между вами идет наперекосяк? Понимаешь, о чем я?
Я подумала о Родео, сидящем по ту сторону прохода:
– Да. Еще как понимаю.
– О чем вы разговариваете? – встрял Лестер, но я насупилась – мол, не твое дело, поднесла палец к губам.
– Ну а он как это переносит? Он выдержит?
– По-моему, да. В смысле, он из-за всего этого сильно переживает. Но, по-моему, он выдержит.
– Слава богу.
– О чем вы разговариваете? – чуть-чуть повысил голос Лестер.
– Тихо! – прошипела я ему. – Я говорю по телефону!
– Ты не могла бы за ним присмотреть? Подбадривай его, хорошо?
– Конечно. А вы, Тэмми, вы-то выдержите?
– Ох, наверно, да. Немножко поплачу, конечно. Но ничего, у меня тут есть друзья. Я хочу лишь, чтобы он был счастлив.
– Он тоже хочет, чтобы вы были счастливы.
– Знаю. Он всегда старался, чтобы я была счастлива. Наверно, он все это время слишком много заботился о том, чтобы я была счастлива, и слишком мало – о своем счастье.
– Ага.
– О своем счастье надо заботиться самим, понимаешь? – сказала Тэмми. – Мы все заботимся. И ничего дурного в этом нет.
– Что… что… происходит? – почти заорал Лестер. Это было уже на грани, почти грубо. Я прикрыла ухо свободной рукой, повернулась к нему спиной.
– Вы правы. Как же вы правы, Тэмми, – сказала я и вздохнула. – Я только начинаю это понимать, дошла своим умом.
– Вот и хорошо. Это важно понять. Особенно нам, девушкам.
– Точно-точно.
Тэмми вздохнула: шумно, тяжело, всей грудью:
– В общем, скажи ему, что он может звонить мне всегда, когда захочет. Я всегда подставлю ему плечо.
– Хорошо, скажу. Я уверена, он тоже.
– Спасибо. Прощай.
– Прощайте, Тэмми. Берегите себя.
И мы обе закончили разговор.
Я снова обернулась к Лестеру, а он отвел глаза от дороги, спросил меня взглядом: «Ну?» и приоткрыл рот, собираясь что-то сказать.
– Она сказала: «Прощай», Лестер, – сказала я, протягивая ему телефон. Он взял его и так и остался сидеть с разинутым ртом.
