Центральная больница Нордвуд, как обычно, походила на муравейник, живущий своей жизнью. Располагающееся когда-то почти в самом центре города, теперь, когда Пайнкрофт был практически необитаем, а центром стал Даунтаун, здание теперь прилегало вплотную к облагороженной парковой части леса. Из-за неудобного расположения, по Мэйн-стрит и в жилых кварталах Эджвуда стали популярны небольшие частные клиники.
Какое-то время городской совет рассматривал вариант и вовсе закрыть больницу, продав ее какому-то предпринимателю под загородный клуб. Однако, когда до крупной больницы ехать почти полтора часа, закрывать единственное медучреждение на близлежащие поселения было бы самоубийственным решением. Загородный клуб, кстати, все равно сделали, только на другом берегу озера Брэйвью.
Обводя взглядом помещение, пока Джеймс терпеливо дожидался назначенной встречи, он подумал, что зданию не помешал бы свеженький ремонт. Он бывал тут лишь на плановых осмотрах, которые полагалось проходить по крайней мере раз в год, и не присматривался к интерьеру. Неудивительно, что многие предпочитали частные клиники — старые обшарпанные стены, будто прямиком из шестидесятых навевали если не тоску, то странную тревожность. «Могли бы и выделить на муниципальную больницу средства», — детектив начал постукивать пальцами по столу, чтобы хоть чем-то себя занять.
— Мистер Сэвидж? — молоденькая улыбающаяся девушка подошла к нему, заставив вздрогнуть. — Доктор Майкл Боуман готов принять вас. Можем пройти в его офис.
Она вела на второй этаж по все таким же унылым коридорам. Они миновали целую очередь выстроившихся на прием людей, которые проводили Джеймса гневным взглядом, когда медсестра провела его в кабинет.
-…И потом отнеси эти анализы в кабинет 407, Гэри, — сказал доктор молодому аспиранту и повернулся к вошедшим. Аспирант торопливо покинул помещение, и медсестра закрыла дверь, оставив врача и детектива наедине.
— Простите, что отвлекаю вас от работы, доктор Боуман, — в голосе Джеймса сквозила вина. — Я постараюсь не занимать у вас слишком много времени.
— Что вы, сэр, — доктор был в возрасте, и складки на его лбу сложились гармошкой от удивления. — Я рад помочь расследованию всем, чем смогу. Я знал лучшие времена этого города… Не хочется, чтобы он запомнился такими происшествиями…
Джеймс вздохнул. Как бы ему ни хотелось, новость о найденном теле просочилась в местную газету. Полиции пришлось дать комментарий без подробностей, однако встревоженные настроения горожан ощущались почти так же, как утренний воздух, что сильнее морозил кожу с каждым днем. Пока офицеры всеми силами пытались выставить случившееся, как несчастный случай, комиссар Бэннет рассчитывал поскорее закрыть дело. Разумеется, бедный Ларри все так же оставался главным подозреваемым. Все шло к началу судебного процесса, и времени на доказательство, что Брукс не причастен к смерти своей девушки, оставалось все меньше.
Престарелый доктор поднял глаза, и линзы очков блеснули.
— Вы же хотели поговорить о Нелли Уильямс? — уточнил он.
— Да, верно, сэр.
— Вы хотели получить больше данных по вскрытию тела?
— Сейчас меня интересует не подробности состояния мертвой девушки. А о том состоянии, пока она была жива, — Джеймс проигнорировал вновь удивленное выражение и сразу перешел к делу. — Я бы хотел получить данные ее медицинской карты. Все жалобы, с которыми она обращалась, анализы и все такое.
Майкл задумчиво потер подбородок.
— Вы же понимаете, что я не могу предоставить эти бумаги без специального разрешения? И это потребует времени.