– Амин приземлится в Череповце через час будет готовиться к плану «Б». Андрей летит на эмбраэре, вы, Надя на гольфстриме, а я на тушке, мне здесь рядом. – Ракитин усмехнулся. – Ну все, до встречи в Женеве. – он пожал руку Рогову, кивнул Наде и вышел из машины.
– Я тебя очень люблю, Наденька, – сказал Андрей, глядя как Ракитин поднимается по трапу. – Ты все, что у меня есть. – он обнял ее и прижал к груди. Его подбородок уткнулся в Надину макушку. Запах ее волос был таким дурманящим и сладким, Андрей вдыхал его в себя и вдыхал. – Любимая моя, мы обязательно увидимся через три дня, я в это верю.
– А я это знаю. – Надя освободилась от его объятий и посмотрела Андрею в глаза.
– Ты только там меня не забывай, ладно? А то знаю я эти Японии. Хорошенькой девушке прохода не дают.
– И ты тоже, а то знаю я этих американок.
Они рассмеялись.
– Давай ты первая.
– Хорошо. Я люблю тебя.
– И я.
В Москве был дождь. Даже не дождь, а почти буря. Внуково было закрыто, и пилоты запросили посадку в Шереметьево. Самолет сильно болтало и при посадке от сильного порыва ветра, они чудом не слетели с полосы. Семен всего этого не слышал и не чувствовал, он крепко спал. Как только поднялся по трапу сразу сказал стюардессе что бы не будила его не при каких обстоятельствах, даже после приземления, пока сам не проснется. Сел, пристегнул ремень и сразу заснул.
Сначала он просто слышал какую-то музыку, странный инструмент похожий на ксилофон. Впрочем, это он услышал еще в машине. Потом, тьма стала рассеиваться и сквозь туман проступил лес, опушка, пеньки и он проснулся в дурманящее пахнущей летней лесной траве. Приподнявшись на локте, огляделся и увидел Светлану. Она брела к нему, увлеченно доплетая венок из ромашек. – Любимый – Светлана присела рядом и водрузила свое творение ему на голову – Я очень по тебе соскучилась.
Он обнял ее, прижал к себе и стал целовать.
– Где ты была все это время, любимая? Мне так было одиноко без тебя. Мы не виделись вечность. Я всегда чувствовал тебя, но неужели должно было пройти столько лет?
Она целовала, обнимала его, закрывала рот ладошкой, но он не мог остановиться. Он говорил и говорил и только в мгновенье высшего наслаждения замолчал, и застонал.
Пока Ракитин спал, Светлана задумчиво гладила его волосы и все смотрела на него. Семен открыл глаза, увидел свою жену и понял, что это не сон.
– Пойдем, лежебока, прогуляемся. – Она энергично встала и отряхнула травинки.
– Знаешь, Света, это место похоже сразу и на Байкал, и на Рижское взморье – сказал Семен, когда они вышли из соснового бора на песчаный берег бесконечного водоема.
– Да это и есть Байкал. Ты что не узнаешь? Это же бухта Песчаная.
– Точно. А я-то думаю, что это за скала такая, а это колокольня. Махнем туда? Вид там.
Через некоторое время сидя на скале рядом с беседкой и наслаждаясь видом бухты и Байкала, они все же заговорили о главном.
– И что ты обо всем этом думаешь, Света?
– Обо всем не скажу, это слишком долго, но главное ты должен знать, что он твой сын.
– Костя?
– Костя.
– Но почему? Почему я не имел возможности растить его, учить, любить все это время?
– Семушка, так случилось. Это просто так случилось и все. Все так как есть. И никто в этом не виноват. Все происходит как происходит, любимый. Ты же не задаешь вопросы почему ты не читал мысли других людей в пятилетнем возрасте, или, к примеру, почему у тебя кокон образовался без всякого Лагунова? Правда? Вот и с Костенькой также. Ты же не думаешь, что мне не хотелось, чтобы наш сын рос с нами? Я, мой рыцарь, ничего не скрываю от тебя, но есть вещи, которые ты, находясь в нынешнем своем состоянии, просто не можешь осмыслить, а есть то, что я даже не могу озвучить, потому как нет для этого не в одном из наших языков слов. Верь мне и все. – Светлана притянула его к себе, положила голову себе на грудь. – Как я соскучилась. Это для тебя годы, а для меня вообще вечность. Когда ни будь ты поймешь, о чем я. Не спрашивай ничего, у нас, как всегда, мало времени. Вы договоритесь, договоритесь со всеми. Тебе будет трудней чем Наде и Андрею, но все будет хорошо. Ты увидишь Костю живым и невредимым. Главное не это. Все только начинается. И испытаний впереди множество, но вы выстоите. Вы сможете. Вас выбрали. Все не случайно, Семушка, все не случайно.
Под ее нежный шепот Ракитин стал засыпать, и заснул. Проснулся он от криков. Прислушался.
– Говорит командир корабля Корастылев. Если вы предпримите попытку проникновения, мы будем стрелять. Я не открою раньше, чем получу приказ от Семен Васильевича. Противно пиликал мобильник.
– Але. – Ракитин ответил чуть сонным голосом.
– Я так и знал, что ты дрыхнешь, что еще может делать советский офицер на привале? Вставай Семен! – голос Амина звучал жизнерадостно и бодро – А то у меня уже батарейка садиться от глупых московских вопросов.
– Как Костя, Леша?
– Да нормально все. Не трухай. Все, конец связи.
Ракитин еще посидел с минуту другую с закрытыми глазами, резко встал, потянулся и пошел в сторону кабины пилотов.