– Неужели сами построили? – указал на дом Костя.
– Конечно. А кто ж ещё? – скромно ответил учёный. – Толик да я.
– И как вы вдвоём такие брёвна корячили?
– Почему же вдвоём? У нас вон какой помощник стоит, – Семён Васильевич указал на небольшой гусеничный погрузчик, на кузове которого красовалась надпись «DOG».
– Ого! – округлил глаза зоолог. – Интересно, почему я его не заметил? И как вам удалось притащить сюда целый трактор?
– Ну, уж явно не через берёзу, – загадочно усмехнулся старик и поманил гостя в дом.
Они вошли в узкую прихожую. Обстановка была простой и скромной. Справа от входа стояла небольшая стальная полка для обуви, а на стене слева висели четыре двойных крючка для верхней одежды. Дальше виднелись два дверных проёма, которые вели в другие комнаты: левый – в спальню, а правый – на кухню. У стены напротив входа расположилась небольшая печь из конструкционной стали, от которой по всему жилищу тянулись белые полипропиленовые трубы, разносящие тепло. Дом занимал не больше сорока квадратных метров и был крайне уютным. В спальне стояли две аккуратно заправленные полутораспальные кровати с коваными изголовьями, а между ними расположился массивный дубовый комод. Вдоль стены с дверным проёмом был установлен шкаф-купе, изготовленный из МДФ под цвет дуба.
Перешагнув порог кухни, Костя удивился больше прежнего: в дальнем углу он увидел большой белый холодильник, который оказался включённым. Подняв голову, Хруст заметил, что в потолок вмонтированы несколько светодиодных ламп. Вдоль стены по правую руку от зоолога стоял полноценный кухонный гарнитур с варочной панелью, духовым шкафом и вытяжкой. Правда, вместо смесителя над раковиной висел деревенский металлический рукомойник: чтобы потекла вода, нужно было приподнять рычажок. Под окном у стены справа расположился длинный тёмно-коричневый обеденный стол, а вокруг были расставлены четыре офисных стула с каркасом из хромированных труб, обтянутых бежевой экокожей. На дальнем краю столешницы стояла высокая керамическая кружка с недопитым чаем, а ближе к середине лежали паяльник и неведомое Косте устройство с проводами наружу.
Учёный жестом пригласил Костю присесть, а сам, повесив ружьё на стену, достал из кухонного шкафчика блестящий стальной чайник и налил туда воды из пятилитровой пластиковой бутылки. Поставив его на плиту, старик поднял вверх указательный палец, выражая просьбу немного подождать, и вышел из домика. Через несколько минут Семён Васильевич вернулся, держа в руке небольшой пучок каких-то листьев, которые тут же принялся мыть. Очистив зелень, он сложил её в керамический заварочный чайник и принялся стучать пальцами по столу, поглядывая на плиту. Через пару десятков таких ударов чайник засвистел, извещая, что вода вскипела. Старик залил кипятком ароматные листья и поставил заварник на обеденный стол. Затем он достал из верхнего шкафчика две белые кружки с чайными ложками, а из холодильника – банку малинового варенья. Поставив всё это рядом с зоологом, он с довольным видом уселся за стол.
– Ну-с, – начал Семён Васильевич, – вот теперь можно и побеседовать.
– У меня к вам столько вопросов, – выдохнул Константин, – что я не знаю, с чего начать.
– Ну что ж, тогда начну я, – улыбнулся учёный. – А если после моего рассказа у тебя ещё останутся вопросы, ты их задашь.
– Добро, – кивнул Хруст.
– Итак, – уселся поудобнее старик. – Мое имя Скворцов Семён Васильевич, мне семьдесят четыре года. Опустим подробности моей жизни и перенесёмся к наиболее интересующим нас событиям. За шесть лет до начала перемешивания меня и ещё семерых учёных из разных уголков нашей необъятной родины позвали работать над многообещающим проектом под названием «Ведун». Наша работа началась с подробного изучения паранормальных явлений, связанных с таинственным исчезновением или внезапным появлением различных форм жизни, включая людей. Мы посещали места, в которых якобы происходили необъяснимые вещи, чтобы понять, где правда, а где ложь. Среди них, кстати говоря, были и такие известные места, как озеро Лох-Несс и Бермудские острова. Организаторы наших исследований были уверены: рассказы о различных существах вроде снежного человека или лохнесского чудовища – не выдумка, и все эти явления как-то связаны между собой. Они предполагали, что такие формы жизни действительно могли кому-то встретиться, а потом просто исчезнуть, точнее – уйти. Суть теории такова: существует некий параллельный мир, в который спокойно перемещаются определённые виды потусторонних созданий, – учёный сделал паузу, чтобы налить в кружки свежезаваренный чай. – Угощайся, Костик! Вкусно и полезно.
– Угу, – промычал заворожённый зоолог. – Благодарю!
