Он подошел к Брианне, нежно сжал ее руку и грустно улыбнулся. Да. Она была права.
— Знаю, девочка. Хорошо, что ты напоминаешь мне об этом. Иногда очень трудно перебороть себя и не сдаться. Проще, наверное, было бы подчиниться Морлоху.
— Да, милорд. Проще и легче, но это было бы неправильно.
Он снова обернулся к матери.
— Прошлое в прошлом, и его не вернешь. Теперь нам надо смотреть в будущее, туда, где Морлоха ждет поражение.
Загнанное выражение снова появилось на лице королевы.
— Означает ли это, что ты простишь все, что случилось? Морлох ничего не приобретет от твоего прощения, но твой брат еще может.
Эйдан презрительно рассмеялся.
— Драган? Не думаю, что его это заботит. Я все еще стою между ним и троном и очень ему мешаю.
— Я боюсь за Драгана, Эйдан. Он в опасности. Морлох сделает с ним то же, что и с Марусом. Я этого не вынесу! — Она протянула к нему руки: — Умоляю тебя, спаси своего брата!
Он нагнулся к матери, взял ее руку. Бледная почти прозрачная ладошка королевы утонула в загорелой широкой руке Эйдана.
— С каких пор мой брат признается, что ему нужна моя помощь?
— Видел бы ты Маруса, ты бы понял!.. Теперь Драган сидит в своей комнате и отказывается выходить. Сирилла пыталась уговорить его, но все бесполезно. Драган напуган до смерти. У меня не осталось мужчины, который мог бы созвать людей и возглавить их в эти трудные времена. — Королева пристально посмотрела на сына. — Ты — наша последняя надежда.
Эйдан презрительно фыркнул:
— Принц-демон оказался последней надеждой Анакреона? Хорошенькая шуточка судьбы! Человек, которого все ненавидели и поносили, которого пытались убить, теперь их единственная надежда. А если я повернусь и уеду подальше отсюда?
У королевы дрогнуло сердце, но она не сдалась. — Но ведь ты так не поступишь. Ты все еще мой сын и не покинешь свой народ в час его испытания.
Он улыбнулся, горько, устало.
— Да, какой ни есть, я твой сын. — Он выпустил руку матери и сделал шаг назад. — Но если я должен привлечь людей на свою сторону, мне понадобится помощь всей семьи.
Она улыбнулась ему сквозь слезы.
— Ты ее получишь.
— Да, твою, — мрачно согласился Эйдан, — но мне также нужна помощь Драгана. — Он посмотрел на Брианну. — Пошли, леди жена. Пора приниматься за работу.
— С чего начнем, милорд?
— Сначала к моему братцу. Я поговорю с ним и, если он после этого не высунется из своей спальни, он уже может не ждать демонов Морлоха. Я лично позабочусь, чтобы его конец был скорым. И мучительным.
Из-за двери робко выглянула служанка. Увидев Эйдана, она побледнела.
— Э-э-э, милорд?
— Мой брат здесь? — требовательно спросил Эйдан.
— Да, милорд, но он не хочет, чтобы его беспокоили.
— Или ты открываешь дверь, или я ее выламываю! — прорычал Эйдан. — Мне нужен Драган.
— Но, милорд…
— Кто это, Мара? — раздался мягкий голос из-за спины испуганной служанки.
Женщина отвернулась от двери:
— Это брат вашего мужа, миледи. Он хочет поговорить с…
Дверь распахнулась, и на пороге появилась Сирилла. Лицо ее сияло радостью.
— Добро пожаловать, милорд. — Она присела в глубоком реверансе. — Вас долго не было, но вернулись вы как раз вовремя.
И тут она увидела Брианну.
— Ах, Бри, слава Святым угодникам, ты вернулась! Я так боялась за тебя и за принца! Какое счастье! — Сирилла схватила Брианну за руку и затащила в комнату. — Идите же сюда. Заходите. Не стойте в дверях, как чужие.
Она поманила Эйдана, и, когда он тоже вошел, захлопнула за ним дверь.
— Где Драган?
Сирилла бросила на него отчаянный взгляд:
— Вы уже все знаете, правда? Что случилось с Марусом? — Драган совсем обезумел от ужаса. Эйдан кивнул:
— Да, он он не может больше прятаться здесь. Если мы хотим одолеть Морлоха и его приспешников, нужно, чтобы Драган помог мне. Люди ему доверяют. — Он усмехнулся. — Меня они вряд ли будут слушать.
Некоторое время Сирилла вглядывалась в его лицо и опять вздохнула.
— Чем я могу помочь?
— Отошлите служанку. То, что я должен сказать, не для ее ушей. Я хочу поговорить с ним с глазу на глаз. Сирилла заколебалась:
— Он не позволяет мне уходить от него.
— Тогда оставайтесь, но в дальнем конце комнаты, с Брианной.
— Как вам будет угодно, милорд.
Она сказала два слова служанке, та вышла из комнаты, затем, подхватив юбки, поспешила вглубь спальни.
Они зашли за ней в полутемные покои. Там стояли два удобных кресла и маленький круглый столик, на котором были серебряная фляжка и несколько небольших чаш. В одном из кресел сидел Драган. Он дремал, откинувшись на спинку. Сирилла тихо подошла к нему и ласково положила руку на плечо.
— Драган? Проснись, любимый. Здесь твой брат, он хочет поговорить с тобой.
Драган вздрогнул и проснулся. Глаза его, как и у королевы, были красными и опухшими.
— Ч-что? Говоришь, Эйдан здесь?
— Да, любимый.
Драган резко выпрямился, со всей силы сжал подлокотники кресла.
— Н-налей мне вина. — Голос его сорвался. Сирилла налила вина, вложила чашу ему в руку, и ласково сказала:
— Пей, любимый.
Драган залпом выпил вино, вытер губы. Потом гордо вскинул голову и посмотрел брату в глаза.
