— Что случилось? — снова спросил Саро.
— Мой храбрый мальчик, — начал Фавио, — мой храбрый, храбрый мальчик…
— Кажется, на Селен Ишиан напала банда эйранских насильников, — быстро сказал Фавио. — Танто услышал шум и поспешил предотвратить злодеяние. К тому времени они уже убили ее рабыню и напали на саму госпожу. Танто отбивался от них, как мог, но получил ужасное ранение. — Он понизил голос. — Ее сорочку нашли разорванной надвое, а леди Ишиан исчезла.
Что-то в этом рассказе резало слух, но Саро никак не мог понять, что заставляло его оставаться спокойным в таких ужасных обстоятельствах.
— Их поймали, в смысле, бандитов? — спросил он.
— Ах, — сказал Фабел, — поймали только девчонку, которая была с ними.
— Девчонку?
Мысль о банде насильников, сопровождаемой женщиной, только обострила беспокойство Саро.
— Оборванную девку с северных островов. Она еще и на Скалу залезла, шлюха этакая.
Сердце Саро превратилось в лед.
— И она все еще у них? — спросил он, думая о женщине в лодке.
— Ее собираются сжечь прямо сейчас, — с гримасой отвращения произнес Фабел. — Я так думаю, надо показаться там — Винго все-таки, сам понимаешь. Но я терпеть не могу подобных зрелищ. Сжечь человека! Скверный способ казни — не важно, в пламени Фаллы сожгут ее или в простом костре…
Тогда Саро вспомнил похожую на пугало фигуру между стражниками. Они тащили Катлу Арансон, понял он. А женщина в лодке? Нет, на размышления времени не остается.
С мрачным выражением лица Саро прошел в свою комнату и вернулся через минуту уже с мечом в руке. Потом, не сказав ни слова изумленному дяде и всхлипывающему отцу, юноша выскочил за дверь и побежал так, будто чувствовал смрадное дыхание огромной кошки Фаллы на своем затылке.
— Мама, мама!
Алисия Небесный Жаворонок стучала в дверь фургончика старой продавщицы зелий. К ее испугу, ответа не последовало.
— Мама, надо уходить прямо сейчас, пока до нас не докатились беспорядки. Надо торопиться!
Тишина.
Алисия прильнула к щели у дверных петель и с облегчением увидела неясный свет внутри фургончика.
— Мама! — крикнула она. — Я знаю, что ты дома!
Секундой позже дверь чуть-чуть отворилась, и луна осветила темные глаза. Потом когтистая рука схватила Алисию за шиворот и затащила внутрь.
Дверь с грохотом закрылась.
— Ш-ш, — предупредила Фезак Певчая Звезда, прижимая палец к губам дочери. — Ты нарушишь работу кристалла.
В полумраке фургончика огромный камень сверкал и искрился. Алисия никогда не видела, чтобы он блестел, разве только при непосредственном контакте с человеческой рукой, но сейчас никто не касался его.
— Магия вернулась, — прошептала старая женщина, обнимая сама себя за плечи, будто пытаясь сохранить этот чудесный секрет. — Она действительно, действительно вернулась…
— Мама, когда мы смотрели вчера в кристалл, то видели только смерть и ненависть, и всепожирающее пламя…
— Что-то изменилось. Сама картина меняется!
— Дай посмотреть.
Алисия уселась на пол и с глубоким вздохом положила руки на камень.
Клочья разноцветных огоньков забегали по ее лицу, разлились по фургончику, выхватывая из темноты то полированное железное зеркало, то голубой кувшин, висящие связки перьев и ракушек, набор маленьких горшочков…
Длинные тени танцевали на полу, забирались на залатанную робу женщины, на блестящую голую макушку, кольца и тюрбан. Внутри кристалла носились крошечные фигурки, размахивая факелами и мечами, открыв рты в безмолвных криках. Драки продолжались между палатками: эйранцы против истрийцев, истрийцы против эйранцев, двое на двое, трое на трое и так далее — везде, где позволяло свободное пространство. Алисия увидела светловолосого мужчину, сражающегося с парой стражников в синих плащах, чернобородого человека за его плечом, размахивающего маленьким, но опасным на вид топором.
Потом девушка заметила худенького мальчишку в запачканной кожаной тунике, привязанного к наспех сооруженному столбу. Истрийские рабы бегали туда-сюда с охапками хвороста. Дальше по берегу несколько человек рубили лодку северян. Другая лодка уже лежала разбитая, ее ребра, белые в свете луны, были похожи на скелет диковинного морского существа. Алисия увидела молодого темноволосого мужчину, который с отчаянием в глазах бежал что есть силы, размахивая мечом, в гущу драки, и другого, держащегося поодаль от всех, который вглядывался в толпу, в горящие палатки, будто искал что-то.
Потом перед девушкой мелькала лишь темнота, в самых разнообразных мрачных проявлениях, но вскоре она нашла Виралая, рядом с которым находился человек с жестоким взглядом и покрытым кровью ножом в руке.
Виралай вглядывался в котел с чистой водой, который крепко держал одной рукой, а во второй извивалась пойманная за горло черная кошка.
Алисия уставилась на эту картину в полном изумлении. Подобная магия была запрещена столетиями, но вот он, Виралай, мужчина, с которым она возлежала всего несколько часов назад, который нежно обнимал ее и доводил до оргазма пальцами, ни разу не пожаловавшись на отсутствие собственного удовлетворения, творит древнюю, отринутую ныне волшбу…
Их глаза встретились.
