Пришлось одолжить у Оксюты повозку и запрячь в неё Торна, который умел менять облик без всякой магии и помогать незаметно, находясь в облике вороного коня. К примеру, заставить хозяина гостильни самолично испортить дорогую повозку, убедить Туму принять помощь от таинственного благодетеля или после всего случившегося стереть из памяти Крытеня и его людей встречу с красавицей-маронкой из Золотополья.
Когда штударь понял, что недоумок Лабусь взаправду видел у жеребца клыки, то хохотал без удержу. Для чего Линн нужна была кровь, он догадался сам. Хотел было расспросить подробнее, но не решился: тайны Истинной магии должны оставаться тайнами.
Щедрую награду от марона они честно разделили пополам, после чего Тума, поблагодарив на прощание новых знакомцев, отправился к себе в Ученище. Линн и Торн снова остались вдвоём.
– Удивительные создания люди, – вздохнула девушка. – Когда удобно – верят, когда неудобно – нет. Хотят свободы, но в большинстве своём лишь для себя, и не понимают, что свобода – это большая ответственность. Ленивы, но желают иметь всё и сразу. Невежественны, но уверены, что знают всё и могут судить обо всём. Как глупые, испорченные дети, честное слово…
Торн задумчиво фыркнул в усы. Линн повертела в руках бутылку с запертой сущностью ведьмы и кинула добычу в неприметную сумку:
– Вернёмся домой – уничтожу. А сейчас, дружище, давай ужинать и спать. Завтра поутру тебе опять становиться конём, а мне… Нет, уже не Оксютой. Надо хорошенько подумать, какой облик лучше принять.
Барс мотнул хвостом, требовательно мяукнул. Девушка укоризненно глянула на него:
– Прошу, прекрати воровать у селян мясо. Знаю, овёс и сено не лучшая пища, но ничто так не разрушает легенду, как вид лошади, удирающей с окороком в зубах.
Торн закатил глаза и толкнул её лапой, вызвав у Линн тихий смех.
Три Луны неторопливо плыли в вечернем небе. Земля отдавала нагретый воздух, пахло дымом костра, травой и влагой от реки. Линн и Торн лежали рядом на вершине холма, глядя на бескрайние просторы, расстилающиеся под ними. За долгие годы жизни они научились предвидеть будущее и оба знали, что ещё до наступления холодов настоящая Оксюта примет от Крытеня предложение о замужестве, и дети их уже будут свободны от родового проклятия. И что Тума, став посвящённым, достигнет многого, за свои деяния будет причислен к подвижникам Вышнеединого и оставит после себя немало учеников. И что долго ещё здешний люд будет рассказывать о молодом штударе, который уничтожил ведьму и совладал в одиночку с нечистой силой. Постепенно быль обрастёт небылицами, и правнуки ныне живущих станут считать её выдумкой, сказкой.
Звонко пели в траве цикады, изредка вскрикивали ночные птицы. Вдалеке мерцали едва различимые огоньки поселений, а над головой раскинулся бесконечный небесный шатёр с Великой звёздной дорогой. Торн широко зевнул, усыпляюще замурчал, и Линн обняла его, прижавшись к тёплому мохнатому боку.
На рассвете молодая темноволосая маронка в расписной повозке, запряжённой вороным красавцем-конём, снова отправилась в путь.
