В костер что-то упало, во все стороны брызнули огненные искры, полетели головешки, кто-то пронзительно закричал. Паника охватила наш лагерь. Я же повис на камне, пытаясь поймать ногой опору, но земля вздымалась волнами, как озеро кроганов, по которому мы плыли недавно. Пытаясь удержаться на поверхности, Кайлан втыкал в ходящую ходуном землю меч и, вцепившись в него, подтягивал свое тело вперед, чтобы хоть так, хоть ползком добраться до лагеря. Я последовал его примеру. Но в это время раздался крик Годгара:
— Эй, сюда, скорей!
Оглянувшись, я увидел, что его зажали в кольцо и атакуют какие-то маленькие проворные твари. В бешенстве взмахнул я мечом и наугад стал кромсать их уродливые тела. Пробиваясь к Годгару, я рубил и рубил фасов, ко их становилось все больше. Издали я увидел, что Годгар, споткнувшись, упал, а пронырливая нечисть с радостными визгами набросилась на него со всех сторон. Мои удары стали еще стремительней, я раскидывал по сторонам маленьких злобных уродцев. Годгар, пытаясь подняться, наконец, дотянулся до меня, и я поддержал его своей искалеченной рукой. Перед нами в темноте плавали какие-то зловещие красные огоньки, и я вдруг сообразил, что это — глаза подземной нечисти! Так какие же у них лица? — подумалось мне.
— Бассейн...— прохрипел Годгар.— Надо пробить стенку... Затопить...
Пошатываясь, он добрел до бассейна и, рухнув на землю, стал ощупывать камни, закрывающие пролом. Пробираясь к нему сквозь клубок пронзительно визжащих тварей, я услышал, как Годгар стучит по камню. Одно из маленьких существ ловко прыгнуло мне на спину и попыталось повалить на землю. Скинув его, я с трудом добрался до Годгара, и мы с ним стали расшатывать камни кладки. Отбиваясь от вылезшей из-под земли нечисти, задыхаясь от мерзкой вони, которая окутывала фасов, мы на ощупь колотили по камню, пытаясь сдвинуть его с места, обдирали об него ладони. Наконец, нам удалось расшатать самый большой камень, а потом и совсем выбить его из кладки. Наружу вырвался бурлящий, полный упругой силы поток. Он и для нас был полной неожиданностью. Никто из нас и предположить не мог, что здесь, где бьет совсем небольшой родник, таится такая сила.
И тут наши враги — и те, что были рядом, и те, которых скрывал ночной мрак, в ужасе завопили. Похоже, что воды они боялись гораздо больше, чем стали и огня. Потеряв от страха голову, фасы бросились кто куда. Но вода все прибывала, она стремительно набирала силу, и вскоре ее струя стала напоминать большой и мощный речной поток. Ее было гораздо больше, чем мог вместить похожий на заброшенный фонтан бассейн.
Годгар рванул меня за руку, пытаясь оттащить в сторону, но я не понимал, в чем дело. Он что-то кричал, показывая назад. Я оглянулся — и ахнул. В ночное небо взметнулся могучий столб воды, от которой исходил голубоватый свет. Поднимаясь все выше и выше, она достигала какой-то крайней точки и потом с силой обрушивалась вниз. В ней не было ничего похожего на ту маленькую родниковую струйку, которая тихо била посреди затянутого илом бассейна.
Голубой лоток подхватывал косматых подземных жителей так, словно они были жалкими щепками, и, крутя в своих волнах, стремительно нес к той дыре, из которой они появились. Вода нашла путь к плите Годгара, а вернее, к той яме, которая была прикрыта этой плитой, и ринулась в нее стремительным и мощным водопадом.
Но бурный поток отрезал от лагеря и нас с Годгаром. Старый воин что-то кричал мне, но я ничего не слышал — рев водопада заглушал все. И тут какая-то маленькая черная нечисть, которую завертел в водовороте поток, вдруг вцепилась острыми зубами мне в ногу. Я попытался отбросить злобного фаса, но было поздно — мое бедро пронзила такая жгучая боль, что я отчаянно закричал. Мне опять пришлось привалиться к одному из голубых камней — на раненую ногу невозможно было ступить. Пытаясь понять, велика ли рваная рана, оставленная кривыми зубами фаса, я попробовал было ощупать ее, но боль оказалась такой нестерпимой, что я не смог к ней даже прикоснуться. Силы мои были на исходе. Где-то рядом слышалось тяжелое дыхание Годгара.
А вода все прибывала и прибывала. Источник казался неистощимым. Нашу сторону неудержимый поток уже совсем очистил от зловонных и злобных тварей. На его другом берегу дела, видно, тоже шли неплохо. Отсюда было видно, как запылал там костер, как блестят в его свете мечи собравшихся вокруг пламени людей.
Я услышал, что меня зовет Годгар, но не смог откликнуться — боялся потерять сознание. А это могло случиться даже от самого незначительного усилия. Рана моя нестерпимо болела.
