Они выбежали из леса в тот миг, когда особенно сильная молния осветила поле и бегущих по нему людей в форме. Люди ошарашенно замерли, а Галя, толкнув вперед Риту, остановилась и повернулась в сторону леса, на границе которого лежала, приподнявшись на тощих руках, Райка. Она раскрывала рот и будто бы звала кого-то, раз за разом, как жаба по весне. Лицо ее, плечи и вся грудь были перемазаны в свежей крови, стекающей вниз под струями дождя. Она затрясла головой, выгнулась, перекувырнулась и, шустро перебирая конечностями, исчезла в шумящей зелени.
Галя тяжело выдохнула и осела на холодную мокрую траву. Позади бухали сапоги приближающихся людей.
Закрыв глаза, Галя в конце концов провалилась в обморок.
Игорь Константинович зашел, как всегда, аккуратно и неслышно. Галя подняла голову, только когда он начал говорить:
– Галя, ты как? В порядке?
– Да вроде… – Она откинулась на скрипнувший стул. – Вроде бы да. Что-то еще надо заполнить?
– Нет, на сегодня уже все, – майор, как-то разом, за один день постаревший, опустился рядом с ней, держа в руках папку с документами. – Твое счастье, что я решил перестраховаться да наряд к вам отправил. Иначе бы… – Он вздохнул. – Я задам тебе пару вопросов – а потом уже отпущу домой, выспаться… если ты, конечно, не согласишься с тем, что врачи…
– Нет, в больнице не останусь. – Галя зевнула. – Больше я здесь торчать не буду. Тошнит от больниц.
– Смотри, Галюш…
– Не надо, – резко оборвала его Галя. – Не надо… Галюшей…
Игорь Константинович покосился на нее, но промолчал.
– Так вот. Ветерок в своих показаниях заявил, что сказать о краснодарских каннибалах [4] попросила его ты сама. Это так?
– Да…
– А в своих показаниях ты говоришь о том, что имел место некий… э-э-э… как ты там сказала? Токсин?
– Да. Что-то вроде природного наркотика. С сильными побочками.
– Который, как ты говоришь, вместе с водкой сводил людей с ума и вызывал, так скажем, какое-то невирусное бешенство с необратимыми последствиями…
– Да, все так…
– Но тогда почему заразился Шушенков? Как в него попал этот… токсин? И куда он в итоге убежал?
Галя опустила глаза вниз, на свои руки, лежащие на коленях.
– Они, наверное, в него насильно влили.
– А водка?
– И водку… не знаю. Может, с утра пил.
– И теперь он убежал в лес, чтобы есть там людей?
– Именно. А может – нет. Может, сдох.
Игорь Константинович отложил в сторону документы и, скрестив руки на груди, внимательно и долго посмотрел на Галю.
– Галя, можно тебя попросить?
– Что еще?
– Скажи мне правду. Хотя бы о том, куда делся мой сотрудник. И не надо своей чуши про токсины, – оборвал он начавшую говорить Галю. – Давай неофициально. Не под запись.
Галя посмотрела в его старое печальное лицо, потом отвела глаза и покачала головой, будто примеряя что-то в своей голове.
– Ну что ж… имеете право знать, все верно. Они про́клятое мясо съели. – Она вновь посмотрела на майора и больше глаз не отводила. – Это мясо какой-то мудак в лесу нашел и потащил к себе, а Полянскому, лесник который, в качестве взятки ногу одну отломал. Сначала дочь его наелась, потом и семью накормила, и соседям отсыпала. И все они стали одержимыми. С виду – почти как люди, а внутри – только голод. Дикий, первобытный, когда ничего, кроме него, и не остается в человеке. У кого какой – кто до баб охоч, кто до насилия, кто пожрать. А охотник тот – повез остальную тушу куда-то к себе, и черт знает, где его теперь искать и что дальше будет. А Шушенков… – Она пожевала губами. – Ну да с ним все давно уже не в порядке было.
– Это да. – Майор сглотнул. – Жаль, конечно, что телефон ты его в лесу оставила. Не думал я, Галя, что это он. Даже в голову не приходило никогда. Не мог вообразить. Они ведь теперь все на него и повесить хотят. И пропажи все, и смерти. В лесу и в деревне. В розыск его дали. И меня, наверное, – он щелкнул пальцами по звезде на правом плече, – снимут к чертям. А я и не против. Прошляпил. Под носом у себя такого людоеда прошляпил.
– В этом их сила, – просто сказала Галя. – Обычными казаться. Они этому всю жизнь учатся…
– А дом тот? – спросил майор после короткого молчания. Лицо его приобрело серый, болезненный оттенок. – О котором ты рассказывала… Он-то куда делся? Под землю, что ли?
– Дом… – Галя покачала головой, – нет, не думаю. Ничего в том доме уже не осталось, трупы одни… Наверное, развалился в труху или сгнил, как только я ушла. – Она случайно коснулась языком сломанного зуба, вздрогнула и медленно выдохнула. – Вы в ведьм верите, Игорь Константинович?
Майор опустил взгляд на ноги, помолчал.
– Уже и не знаю… В детстве наслушался много чего… от отца. Он рассказывал. Что в лесу, когда он там партизанил подростком, – ведьма болотная людей кругами водила да к себе утягивала. Но это же сказки, да?
– Да. – Галя встала на ноги. – Я под следствием?
– Да, конечно… то есть – извини, но да.
– Надолго?
– Пока это, – он развел руками над папкой с документами, – пока все это не превратится в отчет, который всех устроит.
– Тогда я пошла?
