Голл не задумываясь сиганул за борт и скрылся под волнами.
– Помнится, он говорил, что не умеет плавать, – заметил Фельгор.
Все переглянулись. Веш, Фельгор и Эшлин тут же бросились в воду и поплыли к двум тонущим телам.
Фельгор и Веш выловили Голла. Эшлин сгребла Сайласа под мышки и, задыхаясь от натуги, с огромным усилием вытянула на поверхность. Кто-то схватил их обоих и затащил на борт корабля.
Эшлин растянулась на палубе, перевела дух, выплюнула морскую воду.
– Не дышит, – сказал Фельгор, положив руку на грудь Бершаду.
Эшлин встала, жестом велела всем расступиться, подошла к Сайласу и пнула его в живот.
Бершада стошнило ржавой водой. Он закашлялся, продышался, а потом сам себе вправил вывихнутое плечо и три пальца на руке.
– Брр! – поморщился Фельгор, заткнув уши, чтобы не слышать хруста суставов.
Бершад, не обращая на него внимания, огляделся и принюхался:
– Все спаслись. Отлично.
Эшлин, уперев руки в бока, встала над Бершадом. Он с улыбкой посмотрел на нее:
– В чем дело?
– Хорошо прокатился? – спросила она.
– Я попытался объяснить драконихе, что с моим хрупким тельцем надо обращаться бережно, но, по-моему, она плохо понимает человеческий язык.
– Эй, королева!
Эшлин обернулась.
На нее уставилась Керриган, опустив руку на эфес рапиры.
– Что?
– Хочу напомнить о своей заслуге: если бы не я и мой корабль, тебя сожрали бы голодные монстры. Ясно тебе?
Эшлин посмотрела на Бершада. Тот кивнул.
– Ясно, – сказала Эшлин.
– Вот и славно.
Керриган перевела взгляд на остров Призрачных Мотыльков. Эшлин посмотрела туда же. Остров быстро удалялся из виду, но даже в сумерках можно было разглядеть уродливые фигуры на берегу. Горящие глаза зловещими светлячками мерцали среди камней.
Керриган обернулась к Бершаду и Эшлин:
– Раз уж я из-за вас лишилась своего острова, то вы обязаны помочь мне куда-нибудь переселиться.
– Да, – согласилась Эшлин. – Давай отправимся в Химейю. Я позабочусь, чтобы тебя и твоих людей помиловали и предоставили вам новое место жительства на одном из папирийских островов, где-нибудь в восточной оконечности архипелага.
Керриган задумалась:
– Вряд ли императрица Окину захочет уважить просьбу родственницы. Мы с Симеоном натворили немало злодейств у нее под боком. А просить для нас остров и вовсе бесполезно.
– Окину – прагматичная правительница, – сказала Эшлин, показывая Керриган свою руку. – То, что я предложу ей взамен, дороже десятка островов.
Керриган закусила губу и, поразмыслив, приказала штурману:
– Возьми курс на Химейю и дай знать остальным кораблям. Мы должны прибыть все вместе. Проследи, чтобы никто не отстал и не сбился с пути.
– Будет исполнено, капитан. Курс на Химейю.
Эшлин повернулась к Бершаду:
– Нам надо поговорить. С глазу на глаз.
Бершад кивнул:
– Спустимся в трюм.
– Ты вживила себе магнит? – спросил Бершад, выслушав ее рассказ о том, что она делала в плену у Симеона.
– Нет. Я вживила себе в руку двенадцать магнитов – глубоко, у самой кости, – и присоединила их к отросткам драконьей нити, которая медленно разрастается по моему телу.
– Больно было?
– Еще как. Но без этого нельзя.
– Почему?
– Мы искали способ одолеть летучие корабли. Я его нашла.
– Ты же хотела просто найти побольше драконьих нитей.
– Их не осталось.
– Откуда ты знаешь?
– Озирис увез их с собой. Ему известны их свойства, но он не знает, как раскрыть их потенциал. – Она вздохнула, отгоняя тревожные мысли о том, что сделал бы Озирис Вард, если бы обладал этими знаниями. – Двигателями неболётов управляют системы магнитов, такие же, как в доспехах Симеона. А значит, я смогу на них воздействовать.
Бершад посмотрел на устройство, вживленное под кожу Эшлин вдоль черных отростков драконьей нити. Переплетение плоти и металла с драконьим волокном одновременно и пугало, и изумляло.
– На каком расстоянии?
– На расстоянии пяти-шести локтей, – ответила Эшлин.
– Вообще-то, неболёты летают чуть повыше, – напомнил ей Бершад.
– Я что-нибудь придумаю, – сказала она. – Наверняка существует способ увеличить радиус действия, но для этого мне нужно изучить внутреннее устройство летучего корабля.
– И что ты собираешься предпринять? Пробраться в неболёт и все хорошенько рассмотреть?
– Я готова на все, что угодно, лишь бы остановить Озириса Варда. Я видела, какие ужасы творил Вард в подземелье, и знаю, что он замышляет. – Она посмотрела на Бершада. – Мы обязаны его остановить.
– Согласен, – кивнул Сайлас.
Он сказал это просто и непринужденно, будто его попросили выследить оленя в лесу. Впрочем, ему всегда было свойственно с легкостью соглашаться на исполнение самых сложных и опасных заданий. Труднее всего ему давался образ жизни обычного человека.
Сайлас сел рядом с Эшлин, положил руку ей на плечо:
– В подземелье ты узнала не только о планах Озириса Варда.
– Ты прав, – с заминкой ответила Эшлин, закладывая за ухо прядь волос.
– Рассказывай, – попросил Бершад.
Она тяжело сглотнула и посмотрела ему в глаза:
– Я узнала, почему дракониха следует за тобой. Это ужасно.
