– Я не ради вас старался. Малец должен знать, как поступать правильно. Ты спас нас от последнего плавания к морю, поэтому мы вам поможем. Вот и вся премудрость.
Бершад кивнул и спросил:
– А за что тебе достались татуировки?
Веш мрачно посмотрел на него:
– За то же, что и тебе.
– Битва при Гленлоке?
– Ага.
Бершад знал, что Элден Греалор приговорил к изгнанию многих воинов из Дайновой Пущи, которые участвовали в разгроме Змиерубов. Именно поэтому сам Бершад в первые годы своего изгнания пил без просыху.
– Извини.
Веш пожал плечами:
– Тебя постигла та же участь. А я – единственный уцелевший драконьер из Дайновой Пущи, да и то потому, что меня спасла Керриган. Все остальные погибли.
Бершад хотел было сказать еще что-то, но Веш протестующе вскинул руку:
– Мы доведем тебя до костяного частокола – и все.
– Ладно.
Вернулся Венделл, по-прежнему с накидкой в руках.
– Королева говорит, что ей и так тепло, – объяснил он. – Попросила отдать накидку Фельгору.
Бершад посмотрел на Эшлин. Она была одета легко, но не дрожала от холода. Драконья нить все-таки согревала тело, хотя больше и не испускала молний.
– В королеве течет папирийская кровь. Папирийцы привыкли к стуже.
К костру подошли Фельгор с Голлом. Зарыв запасы медвежатины и с ног до головы перемазавшись землей, теперь они прикладывались к очередной бутыли рома. Бершад понятия не имел, где они ее раздобыли.
– Мясо надежно спрятано, – радостно заявил Фельгор, который, судя по всему, больше не страдал от похмелья. – Фельгор лучше всех знает, как прятать медвежатину.
Голл покачал головой:
– Когда к частоколу доберемся – дня через четыре?
– Через шесть, – сказал Венделл.
Голл хмыкнул и поглядел на бутыль:
– Придется экономить.
И тут же сделал огромный глоток.
Венделл вел спутников по острову. Они пробирались по скалам, брели вдоль русла ручьев и по звериным тропам в чаще. Венделл выбирал самый удобный путь и с легкостью обходил любые препятствия.
– А правда, что ты отрубил голову красноголову и насрал ему в обрубок шеи? – спросил он Бершада.
– Нет.
– А правда, что ты метнул копье с вершины горы Кулдиш и насмерть сразил дуболома в двадцати лигах оттуда?
– Нет.
– А правда, что ты в один день убил двух драконов? Одного в Левенвуде, а другого в Верманте?
– Ага, было дело, – нехотя признал Бершад.
– Я так и знал! О боги, вот если б я был таким героем, как ты…
– Не надо тебе этого, малец.
Венделл не обратил на него внимания.
– А про шипогорлого вердена правда? Ну, которого ты завалил близ Выдриного Утеса? Говорят, ты пробил ему череп копьем насквозь, а потом зассал ему глаза.
– Кто говорит?
– Голл.
Голл пожал плечами:
– А что, неправда?
– Я не ссу и не сру на драконов, которых убиваю, – сказал Бершад. – И вообще, кому такое в голову придет?
– Не знаю. Но если это неправда, почему все об этом рассказывают?
– Потому что забулдыги в тавернах – полные придурки, – проворчал Бершад.
Они шли и шли. Возможно, Бершад и сам привел бы своих спутников к цели, но это заняло бы очень много времени. Приходилось пробираться через чащи и заросли, через долины, покрытые колючим кустарником, и через гиблые топи. Казалось, Венделлу так же привычно в лесной глуши, как крестьянину – в полях. Мальчик ухитрялся отыскивать тропки в самом густом подлеске.
– Откуда ты так хорошо знаешь остров? – спросил Бершад.
– Отец не берет меня в набеги, поэтому я круглый год брожу по окрестностям.
– Рано тебе в набеги, – буркнул Веш.
Венделл пожал плечами:
– В городе скучно, вот я и отправляюсь в походы.
– Похоже, тебе одному в городе скучно, – сказал Голл. – Там столько театров и такие пещеры с куртизанками, что за месяц все не перепробуешь.
– Я уже сто раз все спектакли видел. А к куртизанкам меня отец не пускает.
– Рано тебе…
– Ага, рано мне к куртизанкам, – вздохнул Венделл.
– Твой отец прав, – заявил Голл. – Городские куртизанки очень… опытные. Малолеткам к ним лучше не соваться.
– Опытные, говоришь? – поинтересовался Фельгор. – Это для меня в самый раз. Может, наведаемся к ним, после того как спасем мир?
– Ты что, в «Подсадной утке» не натешился? – спросил Бершад.
– Так это когда было! – отмахнулся Фельгор.
К полудню Фельгор с Голлом опустошили очередную бутыль рома. Голл немедленно вытащил из котомки новую, но Бершад запретил ее открывать.
– Сделайте перерыв до заката.
– Но меня жажда мучает, – запротестовал Голл.
– Попей водички. – Веш вручил ему свою флягу. – Я согласен с Бершадом. В этой глуши легко напороться на неприятности.
– Эти альмирцы не дают нам разгуляться, – заявил Фельгор. – Что ж, если нас лишили развлечений в жидком виде, то расскажите-ка лучше про этих ваших демонов. Они из тех, которыми пугают непослушных детей?
Голл насупился:
– Тебе бы все шуточки шутить, баларин. Это самые настоящие демоны. Я своими глазами одного видел.
– А как он выглядел? – спросил Фельгор.
– Ну, альмирцы всегда рассказывают про красноглазых чудищ с пепельно-серой кожей. А этот был другой: глаза зеленые, так и сверкают, кожа бледная, прямо как восковая, а щеки и горло вроде бы опухшие.
– Херня все это, – отмахнулся Бершад.
– А вот и нет, – возразил листириец.
