Еще в крыльце в нос заполз приторно сладкий запах, словно подгнили какие-то фрукты. Вошли в избу и по обыкновению оказались на кухне, тут все как всегда стол, стулья, холодильник и русская печь. Федя достал фонарик из кармана, хоть и день, но света из окон было определено маловато и отошел в сторону, давая мне простор для действий. Да что-то не уютненько здесь. То ли на следы насильственной смерти пришла, какая-нибудь тварь, то ли тут и до этого было что-то не в порядке. Исходя из личного опыта, я бы поставил на второй вариант. Для начала надо определиться, что тут не так затем уже действовать.
Я сжал большим и указательным пальцем переносицу, затем раздвинул пальцы по векам, наполняя их энергией. Резко открыл глаза, комната тут же наполнилась новыми красками. Еще полгода назад подобная процедура вызвала лишь резь в глазах, и потоки слез, а сейчас нормально, тело адаптировалось. Взгляд мой приковал стул возле окна. Над ним мерзкой кляксой висела скверна. Без всяких сомнений гиблое место. Что же здесь должно было случиться, чтобы образовалось это? Как минимум массовое убийство, или же кто-то намалевал его ненавистью, в течение десятков лет.
Охренеть и не встать.
— Ну чего замер? — толкаясь в спину, спросил Федя.
— Да вот кое-что заметил.
Теперь я не удивлен, что женщина в трезвом уме убила мужа. Я даже могу представить, как это могло случиться. Вот, скажем, сидит она на этой мести смотрит, как муж суп есть, а в голове мысли, «Как я устала от этого. Как же хотеться освободиться», — и тут хрясь идея простая и ясна. Убей его, и освободишься, отсидишь пять лет, а то и по УДО выйдешь через три и вся проблема. Ведь не старая, найдешь себе еще кого-то. Или же просто всплеск ярости, а потом удовлетворение от сделанной работы. Человеку иногда надо самую малость, чтобы совершить непоправимое.
Так с причиной определились, теперь пора ее устранять.
— Федь нужен листок и ручка, — мой самопровозглашенный напарник, двинулся куда-то вглубь в комнаты, светя себе под ноги фонариком.
Послышался шум выдвигающихся шуфляток, минута и он явился с альбомом для рисования и пачкой карандашей.
— Это сойдет?
Я молча принял подношение, уложил лист на стол, Федя без лишних слов подсветил. Я чуть задумался и затем уверенно зарисовывал знаки выжигания скверны. Круг, три знака очищения, два закрепления, еще добавим усилить ну и связные конечно. Аккуратно растянул пространство, и через знак наполнения влил энергию в заклятие. Лист будто уплотнился и словно живой ускользнул на стул со скверной. Раз крутанулся и едва уловимо засветился блеклым светом.
— Свят Свят, — зашептал Федя усиленно крестясь.
— Не, колдовство чистой воды, — едва слышно прошептал я.
— И надолго это?
Я прикинул, скорость выжигания и ответил.
— За пару дней справиться. Надо только подпитку оставить, — а что у нас энергию хорошо держит, правильно серебро, золото и камни драгоценные, а из доступного имею только дерево, — нужна деревяшка.
Он практически незамедлительно просунул мне деревянную ложку в локоть длиной. Я достал перочинный ножик, из внутреннего кармана пальто. Потихоньку возвращаю привычки из бурной молодости. Напитал дерево силой, затем уже лезвием ножа быстро начертил символ закрепления энергии, уложил на листок. Вот и все.
— Ну, вот можно и идти, дело сделано, — я похлопал в ладоши, словно стряхивая мусор.
— Слышь Жень и такое только тут было? — голос при этом у Феди чуть подрагивал, видать впечатлился моими действиями.
— Не знаю, — честно признался я.
— А проверить как-то можно? — я усмехнулся, вот теперь узнаю старого Федю, который душой болеет за родной край.
— Можно. Давай еще деревяшку.
Он замешкался, но скоро протянул добротно сделанную скалку. Что же за неимением лучшего вполне сгодится. Чем не волшебная палочка. Относительно долго отвозился с созданием заклятия поиска, использовал то же, что и при поисках пацана-колдуна. Вся загвоздка была в настройки на скверну.
Когда вышли на улицу, уже порядочно стемнело, и ветер стал злее и наглее, словно оголодавший пес кидался на нас, давая, понять, что это его территория.
Стоило мне выбраться на проезжую часть, как в голове вспыхнул номер телефона Юли. Вот так внезапно не пойми с чего, словно ветер вычистил из головы лишний мусор показывая заветные цифры. Нестерпимо захотелось услышать родной голос. От неожиданности замер, лихорадочно ища телефон пока снова разум не спрятал от меня заветные цифры.
— Ты чего?
— Федь дай позвонить, — я протянул руку к товарищу по очистки деревни, своего мобильного аппарата я пока заиметь не успел.
— Это у меня там кредита мало, — неожиданно зажался он.
— Да я заплачу.
— Сколько? — да чтобы его, откуда столько жадности.
— Пятерку, — спешно выпалил я.
— Но сегодня.
— Да, да. Ща домой зайдем и отдам.
Он неохотно протянул мне пластмассовую трубку, я потерял пару секунд пока вспомнил как разблокировать данную модель и быстро вбил номер, нажал кнопку приема. Послышались гудки, я повернулся спиной к ветру, и вжался ухом в поднятой воротник.
— Да, — послышался обворожительный голос Юли.
— Это я… Женя.
