– Я пришел сказать, – процедил он. – Однажды я убью тебя, смертный.
Высказавшись, эльф развернулся на каблуках и скорым шагом отправился на выход.
– Сам раньше не подохни, остроухий, – крикнул я.
Эльф затормозил, обернулся через плечо и на его лице на миг появился оскал дикого хищника. Затем он скрылся в коридоре. Светлые не любят, когда их называют ушастыми, а вот темные могут с цепи сорваться, заслышав оскорбительное "остроухие", Для них это еще хлеще, чем мельтешение тряпки для быка.
– И что это? – спросила Лейла.
– Это значит что не мне одному вчера понравилось саблями махать.
– Какое вчера, – вскинулся Дирг. – Ты уже шестой день лежишь здесь. Кнелли то на следующее утро выписали, а ты до сих пор в сознание не приходил. Валялся, бредил, да потел как будто ты не человек, а дух дождя какой-нибудь.
– И чего я говорил?
– Да всякий бред, – отмахнулся рыжий. – Мы особо и не разобрали. Ты ж не на имперском чесал, а вроде как на восточном. Тут сосед у тебя был, перевел нам пару фраз. Вернее как нам, он как первую озвучил, так девчонки чуть не в обморок рухнули. Просили больше такое непотребство не произносить, ну а я то не пальцем делан. Парочку особо крепких оборотов даже записал.
– Видать сильно мне прилетело.
– Не то слово, – вставила свои пять копеек Норман. Та последние пять минут сидела, уткнувшись в брошюрку подруги. – Вы когда в разные стороны разлетелись, так все сбежались. Но лэр Милфорд велел никого не трогать, ждать лекарей. Те уже через минуту примчали, перевернули тела. А у вас, у каждого, вся грудь разворочена, разве что сердца бьющегося не видно. Целители прямо на полигоне магичить стали. Раны закрыли и унесли вас сюда. Милфорд глазам своим не поверил, когда ты смог такое учудить. И вот какой возникает вопрос. У наемников все так фехтовать горазды?
– В нашем отряде – да, – коротко ответил я.
– И что же это за отряд такой? – прищурилась Лейла.
– Особый, – пожал я плечами. – И люди в нем были тоже – особые, да и даже не совсем люди. В общем, весело у нас было.
Мы выдержали паузу. В это время палата все больше погружалась в некую, характерную лишь для такого рода помещений, атмосферу. Где-то рядом бродили посетители, тихим шепотом общаясь и с больными и с врачами. Последние, в свою очередь, были незаметны, словно падающий по осени кленовый лист. И увидеть их можно было, только если сосредоточиться на поиске определенных личностей. Меня это мало волновало, возможно, именно поэтому я так пристально наблюдал за птицей, что решила пробиться через оконное стекло.
– Ты как себя чувствуешь то? – задала пожалуй самый важный вопрос наша герцогиня.
– Жить буду, – хмыкнул я. – А вам никуда идти не надо?
– А как ты?
– Да у Дирга пропуск из кармана торчит, – ткнул я пальцем в рыжего. Тот, опустив взгляд ниже, быстренько убрал бумагу подальше.
Ребята потупили взоры и даже как-то отвернулись от меня.
– Ну чего у вас такое? – вздохнул я. Иногда их манерность меня просто убивает. – Или вы по мне панихиду заказывали? Ну так не отменяйте, я может скоро того этого…
Тут девушки синхронно повернулись ко мне, и в их грозных взглядах я прочел самые страшные муки ада.
– … а может и нет.
– Если ты помнишь скоро Весенний бал, – взял слово рыжий. – Вернее он состоится послезавтра… Так что мы в город – за покупками.
И не было предела моей радости. Как сильно я не хотел идти на этот клятый бал, и теперь у меня есть вполне правдоподобная отговорка.
– Эх, жаль, что я не смогу пойти, – я картинно шмыгнул носом и подтянул одеяло. Под которым, между прочим, ничего кроме меня не наличествовало.
– Вот в этом-то и проблема, – вздохнула Лейла.
– Изверги! Хотите больного на силу в свет вытащить?
– Здесь как раз все наоборот. В прошлый раз принцесса присылала приглашение на мое имя, предоставляя возможность взять неограниченное количество спутников. А в этот раз он выслала приглашение на троих…
О как. Я даже поник. Не то что бы меня это сильно трогало, но быть в немилости у одной из кровных наследниц престола страны, в которой живешь, это уже малость неприятно. И даже тот факт что сама принцесса обратила на презренного студиозуса свой взор, уже пугает похлещи плети, сплетенной из змей.
– Если за этим не последует репрессий – переживу, – пожал я плечами.
Девушки переглянулись, и снова рыжему пришлось взять на себя миссию по заполнению пустоты.
– Ладно. Ты тут не скучай…
– Да проваливайте уже, – отмахнулся я. Ребята улыбнулись. – И не забудьте мне все рассказать, – и, чуть убавив голос, я буркнул. – Интересно все-таки.
Мы обменялись рукопожатиями, и троица отправилась на выход.
