Майорин отвернулся. И как он не догадался про его игры с памятью? Ведь должна же быть у двадцатипятилетнего парня возлюбленная. Хотя бы та, на которую он украдкой поглядывает издалека.
Нет, счел его кабинетным заучкой, интересующимся только бумажками и книжками.
А маг в то время осмелел, обнял Велмеру и что-то ей шептал. Оба плакали.
По дороге в домик, занимаемый заговорщиками, они опять встретили наемников.
- Эй, красавица! - крикнул давешний заводила. - Возьми меня третьим!
Маг кажется что-то прорычал.
- Нет уж! Ночь не такая длинная! Двоим мало! - ответил ему Майорин. - Так что прости приятель.
- Да ничего, коллега. Откуда будешь?
- С северной границы. Но там тихо, жалование три медняка и те ломанные!
- У нас тут целый отряд оттуда. Пошли с нами, выпьем, поговорим.
Майорин выразительно поглядел на Велмеру, под плащом угадывались изгибы фигуры. Очень даже ничего себе такие.
- Эх бабы! - посетовал наемник. - Все беды от них!
Его компания разразилась добродушным хохотом. Майорин ускорил шаг и догнал Ивена с женщиной.
- Зачем мордой сверкаешь? - буркнул маг.
- Моя морда никому здесь не знакома и тем непримечательна. - Ответил ему колдун.
- Кто управляет оппозицией?
Все присутствующие дружно потупили взгляды.
Присутствовало четверо. Ивен с Велмерой, держащиеся под столом за руки и думающие, что никто этого не видит, светловолосый и очень высокий мужчина лет тридцати, с цепкими глазами, и его жена - кудрявая молодая женщина в веснушках с обезоруживающей улыбкой проказницы.
Последних двоих колдун быстро приписал к бастующим магам, ничего не смыслящим в тонкостях организации. Велмера была другое дело, одно ее знакомство с Ивеном указывала на то, что женщина не из "простых".
Каждое движение было выверено, каждый жест просчитан.
- Я постелю тебе на кухне. Не возражаешь?
- Нет. - Майорин отвел от них глаза, Ивену с Велмерой явно хотелось остаться наедине. Парочка магов его просто боялась.
Он уже готовился ко сну, когда магичка заглянула на кухню.
- Завтра. - Пообещала она. - Завтра я отведу тебя к нему. Но обнадеживать не буду. Мы никому не доверяем, даже себе.
- Велмера, а Ивену ты доверяешь?
- Да! - сказано было горячо и твердо. - Если кому и доверяю, то ему.
Колдун кивнул.
Он зажег светец и уселся на скамью с ногами - по полу дуло. Из щели между заслонкой и печью сочился свет догорающих дров. В кухне немного тянуло дымом, видно из-за забившейся трубы. Майорин откинул тряпицу, прикрывающую снедь на столе. Вытащил из хлебной корзины буханку хлеба и отрезал себе ломоть, подсолил и с удовольствием съел. Как давно он уже вот так не сидел в одиночестве, около горящей печи, ночью, в тишине. Дом был очень похож на его собственный в Вирице. Те же две маленькие комнатки-норки, просторная кухня с большой печью, кажется, загляни за одну из этих дверей, там спит Айрин, отвернувшись к стене и закутавшись в одеяло.
Он отрезал еще хлеба.
Немного человеку надо. И не хватает совсем простых вещей. Ничем не примечательных... ну что такого в кухонном ночном одиночестве?
Или в чтении книги по вечерам? В хрусте чистых простыней, в огоньке между заслонкой и кирпичами, почерневшими от сажи, в шуршании мышей под полом?
- Там есть сало и сыр. - Подсказала Велмера, выскользнувшая из своей комнатенки.
Жующий колдун невнятно ответил, что так тоже вкусно. Магичка запахнула халат, подвязалась и принялась шуровать в углу у кадки с водой. Выпив три кружки, женщина наполнила четвертую и села за стол.
- Здесь есть простокваша. - В тон ей подсказал колдун.
- Вода лучше утоляет жажду.
- Кому как. - Пожал он плечами и потянулся за новым куском.
- А я бы лучше с салом. - Тихо сказала Велмера.
- Пожалуйста.
- Нельзя. Толстею. - Призналась она.
Колдун округлил глаза и продолжил жевать, что отвечать на подобные заявления он понятия не имел. По-хорошему надо было выдавить нечто о прекрасности форм. Формы действительно были ничего, а вот рот занят. Сам он сегодня проковырял в ремне новую дырку и, подумав, добавил к ней еще одну, на всякий случай.
- С утра пойдем к
- Угу.
- Вижу, вы расслабились.
- Я свое задание выполнил. В большей части. Теперь от меня мало что зависит, к чему напрягаться?
- И что дальше?
- Лягу спать, утром пойду к вашему "нему".
- А потом?
- Суп с котом. - Колдун вытянул затекшие ноги. В ступнях щекотно забегали колики, он расправил и сжал пальцы на ногах, колики стали напористей. - Буду ждать.
- Чего?
- Чего бы то ни было.
Лет сорок, может больше. Может даже намного больше. Так определили Майорин возраст предводителя заговорщиков.
Человек был бесцветный: серые волосы, серая кожа, серые глаза. Но глубокие морщины у рта, на лбу и меж бровями, создавали впечатление решительности и уверенности.
- Действительно колдун. Типичный, я бы сказал. Тебе говорили Марин, что в тебе ни осталось ничего от государя?
- Меня зовут Майорин. - Поправил "типичный колдун".
- Но нарекли Марином.
- Я отрекся.
