Оставалась еще надежда на экспертизу шин, узнать хотя бы точную марку автомобиля, впрочем, в том, что это будет нечто вроде грузовика\пикапа\газели, Саша не сомневался.
Рабочий день в участке уже практически закончился, Саша подписал, скучковал и так далее последние нужные бумаги и твердой походкой, обогнув их два стола, подошел к Мире.
— Пойдем, ужинать, — твердо произнес он, не спрашивая, констатируя, тоном, каким муж зовет жену. — Заодно еще раз обсудим версии, — тепло улыбнулся мужчина.
Конечно, чуть раньше были выдвинуты разные предположения:
— что это было магическое существо. Но зачем ему тогда машина?
— что феи нужны для какого-то ритуала. Тут все с подозрением покосились на хомяка, но Аркадий клятвенно заверил, что с сектантством раз и навсегда завязал.
— что опять виноват Джоуб. Но тут засомневался Джордж, уверив, что МАД при помощи Лаврентия чуть лучше укрепил защиту Солнечнодвинска от главного Злодейского Зла.
— что это мог быть кто-то из недовольных присутствием магических существ. Здесь Саша поручил Генке подробный список самых ярых активистов составить. Эту версию даже решили пока основной назначить.
Саша даже немного сам удивлялся, как на сей раз легко и быстро принял он ситуацию. Пропавшие феи, «нечисть» в команде, а вроде как в остальном родной Солнечнодвинск. А еще Мира рядом, она — главное, что ему помогает, с ней хорошо, как еще ни с кем никогда не было. Только явно себе напридумывала невесть что и дополнительных проблем. И именно поэтому Воронцов, как взрослый, ответственный мужик должен все точки на «Е» и закорючки над «И» расставить.
— Идём, — протянул он Миранде руку. Та неуверенно вложила свою ладонь в его.
— МИРОЧКА! — внезапно раздался громкий голос, а из воздуха появилась синекожая статная женщина со светлыми волосам. — Солнышко мое! — бесцеремонно отпихнув ошарашенного Воронцова она крепко-крепко обняла Миранду, стискивая как железным обручем.
— Это кто? — осторожно поинтересовался Саша.
— Будущая теща твоя, наверно, — хихикнул Аркадий.
— Теща? — возмутилась синекожая красавица. — ХА! Хуже! Я тетя! — с гордостью заявила она, вздернув подбородком и смотря на Воронцова свысока. — И я просто обязана проверить, как тут моя любимая племянничка!
— Ну, тетя Джина-а-а, — обреченно простонала Миранда.
Джина была любимой тетушкой Миранды. Именно она в свое время помогла ее родителям, когда те только-только познакомились, привела их в МАД, стала куратором, а потом другом и членом семьи.
Сама Джина была из рода джиннов — тех самых коварных магических созданий, что могут исполнить, а могут испортить любое желание. Но давно уже являлась джинном свободным. Желания не исполняла, однако магичить магичила. И еще могла превращаться в кого угодно, но предпочитала облик, в котором явилась в участок.
За пропажу любимой племянницы, хоть это и входило в статистические МАДовские погрешности, Джина весьма переживала и от души гоняла Джорджа по этому поводу. Причем последнего Джина недолюбливала еще с тех времен, как тот у Миры преподавал, а потом с девушкой сдружился.
— Странно это, Мирочка, — подозрительно косилась она, — значит, всё что нипопадя он, ну, эт самое, а тебя нет…
— ТЁТЯ! — краснела и бледнела в ответ Миранда.
Но Мира вернулась — правда, грустной и переживающей за некого Воронцова настолько, что даже с семьей толком не пообщалась. А стоило Воронцову очнуться — сразу за ним в мир Солнечнодвинска ускакала. И ни единой весточки за все дни. А тут еще слухи про маньяка. В общем, Джина не выдержала и сама заявилась в полицейский участок магически-провинциального городка.
Мира тетю очень любила, а потому с крайне виноватым взглядом извинившись ушла с ней — пообщаться, посплетничать, поделиться наболевшем.
А тут еще как назло привезли разбушевавшихся в пивном алкоголиков, и Саша занялся их оформлением, разборками: кто, зачем и почему, а под конец заодно лекцией о вреде пьянства пригрозил — последнее страшило намного больше вытрезвителя. Ну а совсем поздним вечером подставил Аркадию руку, чтобы хомяк мог на него взобраться.
— Обещал же, — небрежно кинул мужчина. Аркаша аж просиял, подхватил лапками маленькую вязаную подстилку и уместился на его плече.
— Доброго вечера, Кики, — тепло и на удивление вежливо пожелал хомяк также задержавшейся кикиморе, та улыбнулась и помахала им. — У тебя дома еда хоть есть? Фрукты? — деловито интересовался он у Воронцова.
— Найду, — вздохнул тот.
«Хотел провести вечер с девушкой, а проведешь с хомяком-сектантом. Тут даже нам нечего приличного сказать…», — осуждающе покачали головами чуйка и рациональность.
«Я всё…», — добила романтичность.
