Колдуны полностью

Ловко огибая помехи на полу, Блэквуд добирается до своего стола, наклоняется и хватает мышь.

– Я кое-что нашел на ваших фотографиях. – Раздражающий блеск педанта оживляет его глаза. – Они используют заклинание месопотамского мага. Затем оно было переписано римлянином. А в одиннадцатом веке еще раз переписано еврейским ученым. Кем-то, кто знал латынь, демотический греческий и египетский. Вот. Я это установил. По странице гримуара!

Блэквуд тычет пальцем в экран с увеличенной фотографией с телефона Тома.

Том, моргая, наклоняется вперед. Он смутно припоминает эту страницу из книги в кабинете Мутов. Заполненную латинскими надписями, украшенную символами и тем, что могло быть расчетами, записанными на диаграмме.

Блэквуд почти задыхается.

– Все это относится к низшему божеству. К ритуалу оживления статуи. Или изъятия из нее чего-то. Существа. Для переноса в другое место.

С выражением благоговения и ужаса на лице Блэквуд стремительно отворачивается от стола, будто собирается бросить Тому вызов.

– Этого хватит, чтобы я обделался.

– Пожалуйста, не надо.

– Невероятно опасно. Крайне нестабильный процесс. Только сумасшедший мог хотя бы попытаться его проделать. Я даже не знал, что кто-то все еще способен на такое. Плата Мутов должна быть колоссальной. Ни один разум не выдержит подобного долго. Поэтому они должны вести себя экономно. Когда угрожают.

– То есть?

Блэквуд расправляет плечи, выражение его лица принимает знакомый самоуверенный оттенок.

– У них есть бог.

Чудовищность этого предположения вымораживает Тома.

Ошеломленный размахом собственной идеи, Блэквуд, спотыкаясь, отходит от стола.

– Полагаю, его пленили. Принудили служить. Все voces magicae[11] налицо. То есть заклинания. Хотя только Муты знают, как их следует произносить. Правильная мера минералов, нужные части животных, масла, сопровождающие заклинание, – все это перечислено здесь. Но потребовалась бы целая жизнь, чтобы найти верную последовательность. И это именно то, что они имели. Целую жизнь. Вместе. Полагаю, ключи им передали родители.

– Вы можете это победить? С тем, что вам уже известно.

Блэквуд, похоже, не слушает.

– Вот как они это делали. Годами! Невероятно. Теперь ясно, почему они были такими успешными. Им активно помогали. Ублюдки!.. Победить? Ха! – Он смеется, как будто сошел с ума. – Боюсь, это не вариант. Изгнать? Это возможно.

Неуместно обрадованный и окрыленный своим открытием, Блэквуд воздевает руки к потолку, его глаза горят маниакальным ликованием.

– «Вследствие величия небожителей, богов невозможно ни заключить внутри стен, ни придать им какие-либо черты сходства с человеческим обликом. И они посвящают им дубравы и рощи»[12]. Тацит был прав! Разве вы не видите? Корень их власти. Откуда они черпают покровительство. Образы, которым подражают в трансформации. То, что они сделали послушным себе, находится в плену. Где-то рядом с ними. Но не в доме. Нет, слишком опасно. Я бы предположил, что в лесу. Тот курган, должно быть, активен. Вот почему они прогнали вас. Почему запрещают проникать на чужую территорию.

– Так что нам делать?

– Что вам делать? – Блэквуд, наконец, сосредотачивается на Томе, глаза старика серьезны. – Вы должны войти в освященное пространство. В круг. Затем заберите изображение, в котором они заточили бога. Оно внутри кургана.

– А вы не можете вместо этого, не знаю, произнести заклинание? Отсюда? Или пойти со мной и провести… обряд экзорцизма? Изгнать его?

– Проклятые «Подземелья и драконы»! Вы ни слова не слышали из того, что я говорил? Артефакт! Идол! В кургане! Начинайте копать. Сломайте печати. Изображение нужно найти. Тогда у меня будет больше возможностей продолжить.

– А соседи? Они не позволят мне просто раскапывать курган.

– Они перережут вам глотку прежде, чем вы углубитесь хотя бы на фут. Так что нужно сначала разобраться с ними. Ослепите их. Стреножьте. Закройте с головой.

– Какого хрена? Ослепить?

– Не будет никаких мерзких дел с выкалыванием глаз. Не волнуйтесь.

– Выкалыванием?

– Капюшон. Шоры. Вы должны накрыть шамана с головой. Предотвратить проникновение духа божка. Заблокировать канал. Остановить трансформацию. Хотя им должно быть максимально дискомфортно, даже во время слепоты, чтобы они не могли направлять того, кто им служит. – На последнем слове Блэквуд меняет позу, бросается к кладовке под лестницей и распахивает дверцу.

Том соскальзывает с дивана.

– Моя дочка, это спасет ее?

Он не уверен, что Блэквуд слышит его за грохотом лавины, который раздается под лестницей. И вопрос вылетает из головы, когда старик появляется, держа древнее двуствольное ружье.

– Последнее средство.

– Погодите. Погодите.

– Боюсь, что мы приехали, друг мой. Это единственный шанс для вашей дочери. Я не могу начать изгнание, пока образ защищают печати. Его нужно принести сюда, прежде чем можно будет хотя бы начать весьма длительный процесс развеивания этой сущности. Но сначала вы должны разобраться с Мутами. Как вы видели, они сделают все, чтобы защитить источник своей силы.

– Я не могу.