– Изверги, это что ж за изверги такие! – рыдала в трубку Нина Ивановна, когда Евгения Михайловна вновь дозвонилась до нее следующей ночью. – И до них даже не доходит, что они на самом деле натворили! Первым делом машину со двора свели, все вещи Петра забрали, только бы Наташе не достались!
– А это они зря! Наташа – законная наследница, обязательно им передайте! Я как адвокат займусь этим вопросом. Пусть только Наташа придет немного в себя, и я сразу же прилечу во Владивосток. Постараюсь все дела с наследством уладить. Только вышлите мне вызов, чтобы я могла здесь пропуск оформить.
В Наташе после гибели мужа словно что-то сломалось. Поначалу она все порывалась бросить институт, уехать в Полтавское. В какое-то мгновение у нее промелькнула мысль избавиться от ребенка. Она сходила в женскую консультацию, даже сдала анализы, но буквально в последний момент не выдержала и рассказала все подруге.
Немедленно собрался семейный совет и четырьмя голосами против одного постановил: рожать и только рожать и не забивать себе голову разными глупостями вроде того, что негде жить и где взять денег на содержание ребенка.
– Мы с Беллочкой потеснимся и поживем в одной комнате, – успокаивала Наташу Клара, – а ты с малышом будешь жить в моей. И мы с удовольствием за ним присмотрим, пока ты будешь на занятиях. И никаких яслей, – потрясла она угрожающе пальцем, – если не хочешь хроника вырастить! Мы как-никак детские врачи с сорокалетним стажем и знаем, что почем в нашем государстве!..
– Помимо всего, – взяла слово Евгения Михайловна, – на ребенка тебе полагается пенсия в связи с потерей кормильца. За дом, если продавать надумаешь, тоже неплохие деньги получишь. Положишь их на сберкнижку, на черный день. И насчет машины не беспокойся. Романовым не видать ее как собственных ушей, это я тебе гарантирую!
Но прошел еще не один месяц, прежде чем Наташа рассталась со своими страхами, стерпелась с горем и навсегда утраченными надеждами. Благодаря стараниям Евгении Михайловны и Нины Ивановны уже через полгода она имела весьма приличную сумму на своем счету за проданный дом. Получила и «Жигули», которые предоставила в полное распоряжение Софьи и ее матери.
Сама Наташа уже с трудом протискивалась на заднее сиденье автомобиля. Пророчество Клары и Беллы о близнецах подтвердила и ее врач. На первомайские праздники Наташа родила двух черноголовых мальчишек, крепеньких, краснолицых и горластых. В комнате выдачи младенцев суровая медсестра деловито развернула казенные пеленки и заставила молодую мать внимательно рассмотреть головки, ручки, ножки, пересчитать пальчики. Потом она перевернула малышей по очереди животиками вниз и заявила:
– Меченые они у вас! Не потеряются! – И, увидев, как у мамаши медленно сползает едва заметный после тяжелых родов румянец, улыбнулась: – Не пугайтесь! Это всего лишь родимые пятна. Смотрите – одно в одно! Со «Знаком качества» родили пацанов! Вот уж папаше в радость!
Часть II
200... год
Глава 1
«Господи! Есть же такое чудо на свете!» – подумала Наташа, переворачиваясь со спины на живот и прислушиваясь к ленивому плеску едва заметных речных волн, набегающих на пологий берег и слизывающих песок у нее из-под ног.
Она лежала почти у самой кромки воды: здесь было не так жарко.
За три дня она успела прилично загореть, хотя купалась обычно утром и вечером. Днем царила невыносимая жара, и, лишь обладая стойкостью йога, можно было вынести солнечные процедуры на белом, раскаленном, как сковорода, песке. Вода в реке тоже не давала прохлады. За долгий июльский день она прогревалась так, что лишь по чистой случайности не превращалась в источник бесплатной ухи для отдыхающих по ее берегам и разморенных жарой бездельников.
Наташа тоже бездельничала, осознав на тридцать пятом году жизни, что это весьма приятное занятие – не чувствовать себя кому-то обязанной, не спешить на работу, не заботиться о том, чтобы накормить, обуть, одеть, вовремя отвесить подзатыльник. Все заботы о Наташином беспокойном семействе на время ее отпуска взвалили на себя Разумовичи, наконец-то заполучившие его в свое полное распоряжение.
Софья, которая вышла замуж год назад, решила развить невостребованные до сих пор педагогические таланты на Наташиных близнецах с первых их шагов по питерскому асфальту.
После четырех часов перелета бывшим сибирякам позволили отдохнуть до вечера и пригласили на семейный совет. На нем гостья и муж Софьи Борис, рыжеватый и поджарый заведующий клиникой, в которой Наташе предстояло трудиться с сентября, в отличие от старожилов квартиры обладали пока лишь правом совещательного голоса.
Впрочем, и Евгения Михайловна, и сильно постаревшие Клара и Белла добровольно передали все бразды правления Софье. Она же, выйдя замуж, слегка притихла и не так часто заявляла о себе в качестве домашнего диктатора, как это бывало раньше. Но сейчас Софья вновь воспрянула духом и с первых же минут встречи обращалась с мальчишками, как с личной собственностью.
