– Ага, не видела, – скривилась Софья, – сама только что сказала, что парни в него!
– Но им еще расти и расти до Игоря! – вздохнула Наташа. – Давай-ка я лучше фотографию Карташова тебе покажу, правда, я даже не знаю точно, он ли это на самом деле, но очень похож...
Софья на какое-то время потеряла дар речи от удивления и вновь обрела его лишь после возвращения Наташи, которая принесла большой почтовый конверт, а в нем цветную фотографию.
Рослый темноволосый мужчина с густой щетиной на лице курил, прислонившись к грязному БТРу, в компании таких же угрюмых, исподлобья глядящих в объектив усталых мужиков с автоматами на груди.
– Где ты ее выудила? – Сонька покачала головой. – Выходит, ты знала, где он служит? Что ж молчала тогда? Не пыталась его отыскать?
– Ничего я не знаю, Соня, – вздохнула Наташа, – и действительно не уверена, Игорь на этом снимке или кто-то другой. Вполне вероятно, что просто очень похожий на него мужчина. Ты ведь знаешь, он во флоте служил, а здесь, – взглянула она на фотографию, – армейский камуфляж. К тому же он не курил, а тут, смотри, дымит. Эту фотографию Нина Ивановна совершенно случайно увидела в каком-то журнале. Тайком от меня написала в редакцию, и ей, к нашему удивлению, выслали этот снимок. Ему, оказывается, больше десяти лет, и хранился он до поры до времени в архиве журнала с надписью «Разведчики на отдыхе». И все, больше никакой информации! Что за разведчики? Где они находятся? Фамилии, имена – ничего не известно! Скорее всего, это Чечня, видишь, на заднем плане горы, но с равным успехом может быть и Нагорный Карабах, и Абхазия, и Южная Осетия... Сколько за эти десять лет «горячих точек» появилось!
– Да-а! И вправду классный мужик! – Софья взяла фотографию и вгляделась в лицо человека, который почти пятнадцать лет ежедневно напоминал Наталье о себе двумя мальчишками, похожими на него как две капли воды. – Сильный мужик, ничего не скажешь! – Подруга вздохнула и вернула Наташе фотографию. – Возможно, ты права, если он все это время только и знал, что воевал, то ему было не до выяснений, как ты живешь и с кем. Конечно, если б любил, труда бы не составило узнать о тебе все, что полагается.
– Так он, наверное, узнал, что я вышла замуж за Петра. Почему же он должен интересоваться чужой женой? – Наташа нервно сглотнула. – Но ты права, если бы любил по-настоящему, нашел бы. На самом деле, ты верно говоришь, он провел недурно время, пока любовница была в отъезде. А когда она вернулась, мигом обо мне забыл.
– Но он ведь, кажется, сильно шумел, что ты с ним не встретилась, не объяснилась? Тогда ты еще не вышла замуж за Петра, когда Игорь устроил скандал в госпитале.
– Он знал мой адрес, но так и не приехал. – Наташа пожала плечами. – Теперь-то я понимаю, Игорю просто было стыдно перед врачами, Ниной Ивановной... Он же не мог признаться им, что никогда не относился ко мне серьезно, вот и изобразил отчаяние. Игрой это было, и он знал ее правила!
– Столько времени прошло, – покачала головой Сонька. – Что ж ты душу себе бередишь? Может, его давно в живых нет, а ты с ума сходишь!
– Бог с тобой! – ужаснулась Наташа. – Жив он! Я это сердцем чувствую!
– А что, трудно было узнать, где он, что с ним, когда фотографию получила? – осторожно справилась Софья. – В военкомат обратилась бы, наплела бы чего... Мне тебя учить?
– Я, честно говоря, тоже поначалу хотела сделать запрос, – Наташа, словно лаская, провела по лицу мужчины, которого принимала за Игоря, указательным пальцем, – но Нина Ивановна меня отговорила. Зачем, дескать, ерундой заниматься и старое ворошить? Столько лет прошло! У него небось семья, дети... И что я ему скажу, если даже наша встреча когда-нибудь состоится? Обмана я ему все равно никогда не прощу, а детей родила по собственной инициативе и желанию. Вон какие женихи выросли и без папкиного участия! И делиться с ним сыновьями я не собираюсь даже под угрозой расстрела!
– Но ты ведь до сих пор его любишь, этого ведь не скроешь, Наташка! – Софья обняла и прижала к себе подругу.
– Я сама не знаю, Соня, – тихо сказала Наташа и отвернулась от подруги, чтобы скрыть увлажнившиеся глаза. – Скорее уже не люблю... В душе я свыклась с тем, что не увижу его больше, а сердце постоянно подсказывает, что сон мой, помнишь, я тебе рассказывала, обязательно сбудется.
– Ну, это ты, подружка, прямо в мистику какую-то впадаешь! Ты еще в приметы начни верить, к гадалкам ходить, к экстрасенсам... Перестань дурить, наконец! – прикрикнула на нее Сонька и неожиданно спросила: – Сколько ему сейчас, Наташа?
– Думаю, сорок два – сорок три, не больше...
Софья с сочувствием посмотрела на подругу:
