— Ох, Наталья, отольются тебе мои слезки! Дай только на ноги встать! Помяни мое слово, не пройдет и недели, как будешь молить меня о пощаде. — Игорь нарочито строго посмотрел на нее и скомандовал: — А теперь слушай приказ: доставить меня к месту назначения быстро, в целости и сохранности и, главное, без излишних комментариев.
Наташа, с опаской поглядывая на Игоря, подкатила коляску к кровати и помогла ему перебраться в нее. Только единожды он оперся о ее руку, и девушка немедленно потеряла самообладание. Опустив глаза в пол, она призвала на помощь все свое самообладание, стараясь не выдать желания прильнуть к его обнаженной груди и, выбросив из головы все доводы разума, мысли о настоящем и будущем, склониться перед ним повинно и, будь что будет, отдаться ему душой и телом, подчиниться власти его объятий и поцелуев…
В ванной тусклый свет электрической лампочки едва пробивался сквозь клубы пара. Плечи и грудь Игоря, клеенка, коляска — все покрылось капельками воды. Коса отяжелела от влаги, и Наташа, затянув ее в узел, закрепила шпильками. Влажная ткань халата прилипла к телу и выдала мужскому взору все, прежде тщательно скрываемое, а теперь достаточно откровенно и рельефно обозначенное.
— Ты решила сварить меня вкрутую? — спросил Игорь с единственной целью — отвлечься от созерцания недоступных ему богатств.
— На первый раз только всмятку! — огрызнулась сиделка. — Осторожно, поскользнешься! — закричала она испуганно, когда Игорь чересчур шустро, на ее взгляд, шагнул в ванну.
Она помогла ему сесть на специальное сиденье, плеснула в ладони шампунь и приказала:
— Мойте голову, а я потом сполосну вас под душем.
— Ты боишься ко мне прикоснуться, девочка? — Из-под мокрой челки блеснул хитро прищуренный глаз, и Игорь, плотоядно щелкнув зубами, просипел, подражая герою сериала «Ну, погоди!»:
— Я — серый волк — зубами щелк! Дай только голову помыть, и Красной Шапочке не жить!
— О Боже! — рассмеялась Наташа. — Какие таланты пропадают! — Она набрала в ковшик воды и вылила ему на голову. — Ты не волк, ты — мокрая серая мышь!..
Отвернувшись, она хотела отрегулировать душ, но в этот момент какая-то неведомая сила толкнула ее в спину. Наташа вскрикнула от неожиданности, попыталась найти точку опоры, но не удержалась и свалилась в воду, отчего добрая половина содержимого ванны с шумом выплеснулась наружу, образовав на полу небольшое озеро.
С испугу девушка глотнула мыльной воды, сильно ударилась коленом, ко всему прочему, пытаясь встать, поскользнулась и снова рухнула в воду в ноги этому жалкому негоднику, похоже едва живому от смеха.
Наконец Наташа поднялась на ноги и с негодованием посмотрела на Игоря. Прижав одну руку к животу и едва сдерживаясь от новых приступов смеха, другой он вытирал слезы, бегущие по щекам.
— Ну, и кто теперь стал еще одной мокрой мышью? — еле выговорил он и зашелся в новом приступе смеха.
Наташа не ответила. Она прямо на себе отжала халат, потом косу, вылезла из ванны и, взяв в руки швабру, принялась вытирать лужу на полу.
Игорь притих, наблюдая, как, сердито нахмурив брови, сиделка с яростью возит тряпкой по полу. Закончив уборку, Наташа повернулась к нему, окинула взглядом всю в хлопьях мыльной пены мужскую фигуру и, неожиданно для Игоря, влепила ему основательную пощечину. И тут же молча схватила мочалку и принялась тереть ему спину. И вдруг остановилась, пораженная увиденным, тряхнула головой, не веря своим глазам: кажется, она окончательно сходит с ума. На спине Игоря, как раз под правой лопаткой, красовалась та самая родинка, которую она видела во сне у незнакомого ей мужчины. Наташа вгляделась внимательнее: нет, не ошиблась, именно она, в форме перевернутого вверх рожками полумесяца…
Стараясь избавится от смятения, с новой силой охватившего ее, Наташа поймала себя на мысли, что все происходящее сейчас с ней не случайно, послано ей судьбой и, вероятно, это не последние испытания в ее жизни… Она глянула на Игоря и вдруг поняла, что все это время стоит положив руки на плечи источника своих переживаний, а он по-прежнему молча и серьезно смотрит на нее снизу вверх…
Он, как и Наташа, никак не мог прийти в себя от случившегося. И опешил он не от боли, хотя рука милой его сердцу дамы была на удивление тяжелой, а от неожиданности. Первой и последней в его жизни женщиной, без стеснения одаривавшей его подзатыльниками, была его дорогая матушка. Но чтобы девчонка, которая вызывает у него то симпатию, то бешенство, осмелилась на такое — с таким он столкнулся впервые! И, что было совсем уж странным, абсолютно не рассердился! Ситуация казалась скорее забавной и сулила, а чутье его еще ни разу не подводило, дальнейшее развитие событий в желанном направлении. Поэтому Игорь решил ее не усложнять — стоит ли обращать внимание на подобные пустяки!
