Однако, если во время первого шмона нечего было рассчитывать на внезапное прибытие своих, красных, на тачанках и с шашками, то теперь можно и порассчитывать. Заходы в нейтральную полосу - обычное дело, тем более на свою половину, и главное, для разведки того, кто там тарахтит. В этих рассчётах Твин оказался прав и выдохнул тонну воздуха, когда локатор показал наличие впереди быстро приближающегося райнтарского крейсера КВК. То чувство, когда вырвался на Родину, захихикал оверлункс. Само собой, он не собирался умалчивать о мешке с ксенонятиной - в любом случае, а уж теперь подавно. Крашеный в зелёное и синее трёхбашенный корабль плавно развернулся, прикрывая "эддер" своей тушей; сигнал преследователя резко пропал.
В полнейшей расслабухе Твин проспал за штурвалом и до Халувина, где высадил жабцов, и до Редли, куда надо рыжим животным. Отчёт для КБР по операции на Аусвайсе уже ушёл по назначению, так что оставалось только жрать тоннами тоад-колу и рыгать на пол-галактики... пока что. Оверлункс ничуть не забывал о необходимости следующего шага, но перед этим можно и курнуть, образно говоря... или не очень образно, заржал он, дымя кизиловым косяком. Благодаря работе межзвёздного телеграфа он уже знал, что предприятие таки не рухнуло после войсковой операции, и "селёдки" с продуктом продолжают прибывать в Электроугли. Жадность восторжествовала!...
- Копана в кот, эта жадность... - пробурчал Твин, отпихивая коробку, которая валилась ему на плечо.
"Эддер" был завален попутным грузом классически, по самую рубку. Грызь и лиса остались в маленьком гнезде около боковой двери, а пилот так вообще играл в камикадзе, потому как весь проход до рубки был заложен до потолка, вылезти - никак. Но каждая лишняя коробка перепроданых индюков, тобишь инфо-дисков, давала две сотых монеты, так что Жадность восторжествовала ещё раз. Вставив между валящимися штабелями коробок швабру, Твин сумел выполнить посадку в уже знакомый наземный космопорт, где его наконец раскопали из-под промтовара.
- Вон тот! - показал на него Зиктрис грузчикам, - Вон этот тип гражданской наружности.
- Какой жадный оверлункс! - поразились грузчики, и скатились в смех, потому как это были грызи.
После того, как все коробки ушли из корабля, жадный оверлункс запер его на навесной замок, и звери отправились в тошниловку, набузыкаться пивом в ознаменование эт-самого. В беличьей зоне Редли было крайне мало мест, где вообще продавали пиво, зато те, что были, отличались воистину эпическим колоритом. Среди ёлок и лиственниц стояла деревянная палатка, обитая листами жёлтого волнистого углепластика; к оной сходились тропинки, протоптанные с разных сторон, оттуда тянуло явственным запашищем браги, а вокруг стен лежали аж целые кучки пробок от бутылок. Публика тусовалась по деревянным скамейкам, врытым вокруг палатки среди деревьев, так что стоял постоянный базар на многих разных фенях галактики, ведь космопорт интернациональный. Пиво тут лакали не "80й сорт", а обычное беличье, с хвойным привкусом - возможно оттого, что просто хвоя сыпалась сверху и попадала в кружки. Периодически лесок вздрагивал от очередного раската отрыжки, подобной грому.
- Зверята, я вас люблю! - уже после второй кружки тявкнула Реддишка, сгребя зверят за шеи и тем слегка придушив, - Да вы просто жжёте! Честно тявкая, до этого я не думала, что в ОЖиРе могут быть такие звери. Думала, там одни скупердяи...
- А оказалось? - заржал Зиктрис.
- Оказалось, скупердяи хорошие зверята, - серьёзно ответила лиса, - Плохие не полезли бы под пули, чтобы помочь ксенам. Вряд ли это объясняется одной жадностью, не?
- Одна жадность хорошо, а две лучше, - цокнул грызь, - Так что, да. А вообще это жёлтая морда устроил, йа бы вряд ли решился на такую авантюру... Ладно, если честно - точно бы не стал так делать.
- А где фигова логика? - хмыкнула Реддишка, - Почему тогда стал делать?
- Потому что кое-кто шарит, - показал на Твина грызь, - Это проверено.
- А если бы не шарил? - усмехнулся оверлункс.
- Тык того, кто не шарит, можно напоить, - без особых шуток цокнул Зиктрис, - Усыпить, оглушить. В общем, с бесчувственного тела. Наконец, с трупа... тьфу, это из другой оперы.
- Одно шишово, - растянула морду в лыбе рыжая, - Когда я стану об этом рассказывать, никто не поверит.
- Через несколько лет, когда научники набросятся на ксенокод, поверят, - заверил Твин.