Сажать непойми что посередь города это тупость, подумал Твин. Хотя, поскольку кроме города в жилой зоне планеты ничего нет, выбора они себе не оставили. И это тупость, подтвердил оверлункс. Сделав пару "горок", корабль сбросил скорость, выпустил шасси, и притёрся к полосе, подняв обычную тучу пара от нагревшихся колёс. Пилот с интересом понаблюдал, как с площадки в спешке разбегаются фигурки аборигенов и разъезжаются машины, а потом затормозил в последний момент, так что посудина слегка пошла в занос - но, встала ровно на место, мастерство не пропьёшь. Особенно, если нет его, добавлял обычно Твин. Корабль покачался на амортизаторах шасси и окончательно успокоился, так что пришлось признавать, что уже сели. Пришлось, потому что не особо хотелось. Оверлункс, вздохнув, прощёлкал по панелям, вырубая полётный режим, и объявил для трюма:
- Ну, удачливые мои, посадка прошла успешно.
- Это в пух! - крикнул в ответ Зиктрис, и высунул уши из-за угла, влезши наверх, - Как дальше?
- Дальше нас должны встретить чуваки из торгпредства, воизбежание.
Переведя систему корабля в режим ожидания, Твин спустился из верхней части судна в трюм, где находились все остальные жабократы плюс указанные двадцать семь тонн промтоваров. Посмотрев на вялых жабцов, оверлункс поднёс к морде лапу, делая вид, что срыгивает в неё. Дальше только хорошая реакция позволила ему увернуться от "приветов", запущеных из жабьих лап - эти-то не делали вид, а натурально буээ... Убедившись, что организмы в здравом уме, желтошёрстый сказал слова, напоминая о порядке пребывания на планете, в техническом аспекте. Пока не была проведена работа по исследованию микроорганизмов, следовало использовать воздушные фильтры. Постоянно ходить с пробками в носу, да ещё и не забывать регулярно менять их, развлекуха так себе, но подхватить местный насморк никого не прельщало. Редко, но бывали случаи, когда безвредные в целом вирусы вызывали быстрое и смертельное поражение организма, сдуру вылезшего из "летающей тарелки".
- Ну, кто первый?... - бодренько осведомился Твин, оглядывая группу.
Ясное дело, что открывать дверь и первым высовываться из корабля пришлось ему. Открыв засовы, оверлункс призажмурился, и распахнул дверь. В нос шибануло новыми запахами, ибо фильтр их пропускает, но так оно всегда бывает на другой планете; воздух оказался тёплым, но со столь явственной пылевой взвесью, что оверлункс чувствовал это даже с заткнутым носом. Лёгкая дымка покрывала и высотные здания, окружающие порт, так что сомнений не возникло. Теперь это дерьмо внутри моего корабля, некстати подумал пилот, раскладывая лестницу. С жутким лязгом мятая металлическая лестница ударилась в площадку, и Твин слез на поверхность планеты, так сказать.
- Ну чо? - осведомился из двери Зиктрис, опасливо водя ушами.
- Огузок в харчо! - фыркнул Твин, - Ну, по крайней мере, на головах тут не ходят, и планета не из антивещества.
- А откуда были такие подозрения? - захихикал грызь.
- Да так, народный фольклор на Истрисе.
Как успел увидеть оверлункс, за сеточным ограждением площадки для кораблей имеется изрядная толпа аборигенов, но к удаче, до неё был почти километр. Твин также проверил пульт защитной системы и убедился, что здесь присутствует изрядная электромагнитная загрязнённость, если мягко сказать. А если прямо, то вокруг было болото из электромагнитных полей, и желтошёрстый не рискнул бы надолго остаться без защиты. Далее он отметил, что через площадку к "эддеру" движутся аэромобили, и удивился, почуяв что-то знакомое. Тут он оказался прав, потому как одной машиной была "Уволга" торгпредства, а не местный аппарат; это можно вычислить, если напрячь дедукцию и понять, что означает красный стяг, полощущийся на антенне. Из тёмно-зелёной "Уволги" бодренько выскочили антроп и антропка, а из второй машины показались местные в чёрных одеждах, выстроившиеся в рядок в отдалении. Свои же облачались в обычную полевую форму зелёного цвета и традиционные кирзачи, а антропка, не особо шифруясь, повязала на голову ещё и красный платок.
Вообще же антропы - что свои, что местные, выглядели довольно экзотическими животными. Их отличала тонкая безшёрстая кожа, под которой различалась мускулатура даже на мордах, и до смешного выдающиеся черепа, отчего по Союзу их называли мозгвичами, или же просто грибами. Твин непроизвольно передёрнулся, но по крайней мере успел прийти в годность, чтобы пожать лапы антропам, когда те подошли к лестнице.
- Господа! - возвестил антроп, - Тьфу, ять! Товарищи! Приношу вам свои соболезнования в связи с прибытием на Аусвайс!
- Прям так? - удивился Твин.
Не успел торгпредский и рта раскрыть, как сверху с воем пронёсся лёгкий летающий аппарат, с него на ходу спрыгнул абориген с видеокамерой, и снимая прямо в прыжке, красиво плюхнулся на площадку. Раздался звон разлетающейся аппаратуры и хруст костей. Двое местных в чёрном, даже не поведя бровями, привычно подняли тело, и оттащили к своей машине.