Рабочий с волосами, подстриженными шаром, низко согнулся, устанавливая очередной двигатель.
Ролли покачал головой. Если представится случай, он сведет счеты сам. Но не таким образом.
— Ну что же, — произнес Паркленд, — не знаю почему, но мне кажется, что тебя кто-то околпачил, хотя, может, я сам себя сейчас околпачиваю. — Мастер свирепо посмотрел на Ролли, словно тот вынуждал его идти на уступки. — То, что произошло, будем считать случайностью. Но теперь я глаз с тебя не спущу, запомни это. — И он резко прикрикнул: — А ну, живо за работу!
И Ролли, к своему великому изумлению, благополучно доработал до конца смены, устанавливая прокладки под щитки приборов.
Ролли, конечно, знал, что так просто эта история не кончится. Уже на следующий день он стал мишенью оценивающих взглядов и насмешек. Поначалу шутки носили беззлобный характер, но он понимал, что они могут стать куда более ядовитыми, если окружающие решат, что Ролли Найтом можно помыкать и безнаказанно над ним издеваться. Для человека, которого угораздило снискать такую репутацию, если он не сумеет ее опровергнуть, жизнь может обернуться мукой и даже стать опасной: монотонность работы на конвейере вызывает в людях желание развлечься, порой даже жестоко.
На четвертый день работы Ролли во время обеденного перерыва произошла обычная свалка, когда несколько сот человек рванулись со своих мест, чтобы побыстрее занять очередь в кафетерии: им надо было успеть получить пищу, быстро ее проглотить, забежать в туалет, при желании — вымыть руки, чтобы смыть грязь или масло (мыть руки до еды считалось нецелесообразным), затем назад в цех, и все это — за какие-нибудь полчаса. Среди толпы Ролли увидел того самого рабочего с густой копной волос. Он стоял в группе других рабочих, и все они, покатываясь со смеху, смотрели на Ролли. Когда несколько минут спустя подошла очередь Ролли, кто-то грубо толкнул его, и весь обед, за который он заплатил, полетел на пол, а там его растоптали в один миг. На первый взгляд это была неприятная случайность, но Ролли отлично понял, что к чему. Он так и остался в тот день без еды: времени стоять снова в очереди уже не было.
Когда его толкнули, он услышал щелчок и в чьей-то руке мелькнуло лезвие ножа. В следующий раз, подумал Ролли, его толкнут посильнее и могут пырнуть ножом, а то и прирезать. Он не стал убеждать себя, что это дико и несправедливо. Завод, где работают тысячи, — все равно что джунгли, и действует тут один закон — закон джунглей, потому надо дождаться удобного случая, чтобы нанести ответный удар.
Хотя Ролли понимал, что время работает против него, он терпеливо ждал. Он знал, что случай подвернется. И случай подвернулся.
В последний день рабочей недели — в пятницу — ему снова поручили устанавливать двигатель на шасси. Ролли трудился в паре с пожилым рабочим, крановщиком, на монтаже двигателей, а неподалеку от них стоял тот самый негр с волосами, подстриженными шаром.
— Ох, малый, что-то у меня ухо зачесалось! К чему бы это? — сказал тот, когда Ролли подошел к ним в конце обеденного перерыва, за несколько минут до пуска конвейера. — Может, ты снова устроишь нам передых? — И он обхватил Ролли за плечи. Окружающие загоготали. Кто-то хлопнул Ролли по плечу с другой стороны. Вроде бы все было вполне доброжелательно, однако Ролли был малый хлипкий и от этого «дружеского похлопывания» чуть не упал.
Случай, на который он рассчитывал, представился ему часом позже. Продолжая выполнять свою работу, Ролли Найт старательно наблюдал за передвижениями и местонахождением своих соседей, которые следовали определенной схеме, лишь изредка отступая от нее.
Каждый двигатель опускался на шасси сверху на цепях и блоках, управление которыми производилось с помощью трех кнопок — «вверх», «стоп», «вниз», — расположенных на тяжелом электрическом кабеле, висевшем над конвейером. Обычно крановщик сам нажимал на кнопки, но Ролли тоже научился ими манипулировать.
Третий член бригады монтажников — в данном случае негр с волосами, подстриженными шаром, — переходил с одного участка на другой, помогая то одному, то другому по мере надобности.
Хотя бригада работала проворно, двигатели ставили на место с большой осторожностью, тщательно проверяя, прежде чем нажать на кнопку «вниз», чтобы не отдавить кому-либо руки.
Случалось, что бензиновые и воздушные шланги двигателя цеплялись за переднюю подвеску шасси. Приходилось на какой-то миг прерывать работу — тогда парень с густой копной волос лез под двигатель и распутывал шланги. Вот и сейчас он нырнул под двигатель. А Ролли и монтажник-крановщик стояли в стороне.
И тут Ролли, внимательно следивший за происходящим, улучил момент и словно невзначай нажал на кнопку «вниз». Раздалось тяжелое, гулкое «бух» — это полутонный двигатель с коробкой передач лег на свое место. Ролли отпустил кнопку и незаметно отскочил в сторону.
